— Здравствуйте, пастор Уильямс , — поприветствовала я.
— Зара. — Он улыбнулся в ответ.
Я отошла в сторону.
— Пожалуйста, проходите.
Он вошел, а я закрыла дверь и протянула ему руку.
Мы подошли к толпе , остановились возле нее , и я спросила:
— Могу я предложить вам выпить?
— К сожалению, мне еще нужно работать над завтрашней проповедью, так что нет. У меня хватило времени просто зайти и выразить свое почтение.
— Досадно , — ответила я.
Он посмотрел на меня и усмехнулся.
Затем перевел взгляд на толпу, и его лицо смягчилось.
— Подозреваю, вашей сестре понравилось бы сегодняшнее собрание, — заметил он.
Оно бы ей точно понравилось.
— Да , — согласилась я.
Он продолжал осматривать толпу, а потом осторожно повернулся ко мне.
— К ажется, пришли не все.
Я почувствовала , что моя спина выпрямилась, когда я поинтересовалась:
— Мама и папа?
Он медленно покачал головой.
— Нет.
Я внимательно смотрела на него , потом до меня дошло.
— Зандер уехал кататься с Хэмом на «Харлее ».
Его лицо прояснилось, он кивнул и пробормотал:
— Ах.
— Все в порядке, пастор Уильямс , — сказал я ему.
— Хорошо , — ответил он.
— Нет, не так. Все не в порядке. Все очень хорошо , — поделилась я, и он снова улыбнулся.
— Хорошо , — с чувством прошептал он.
— Спасибо , — прошептала я в ответ и увидела, как снова изменилось его лицо, прежде чем он озвучил свои мысли.
— Я годами ждал, Зара, перебирая все в голове снова и снова , разговаривал с Богом, пытаясь найти ответы, свой способ вмешаться , — заявил он, и я глубоко вздохнула, понимая его тяжелое положение, зная, что мама, вероятно, говорила с ним, или, может быть, он видел то, чего не видели другие люди. Он явно боролся со своим бессилием. — Я все еще борюсь с тем, что я… когда я говорил с Ниной… — Он сделал паузу. — Н е уверен, что это было правильно.
— Это было правильно , — заверила я его.
Он покачал головой.
— Когда ты принимаешь решение помочь одному, или двум, или пяти, но при этом можешь навредить другому , это неправильно. Но это справедливо, и ты просто надеешься, что Бог поможет тебе жить с этим балансом.
Он ходил вокруг да около , стараясь не сказать ничего лишнего , но из того, что он озвучил , я поняла:
— Вы беспокоитесь о маме.
— Да, Зара , — на удивление подтвердил он. — Твой отец — человек, который хочет, чтобы все шло, как надо ему. Для него очень важно держать любую ситуацию в своем железном кулаке, — сказал он мне то, что я и так прекрасно знала. — Он потерял доступ к достижению многих целей. Поэтому его внимание к той, что у него осталась, будет более пристальным.
Мне это не нравилось, но я уже давно поняла , что единственным человеком, который может спасти мою мать от превращения в мишень, является она сама. И по причинам, которых я никогда не пойму, она не хотела этого делать. И по причинам, которые я действительно не понимала , она хотела поставить перед собой других людей, чтобы отец в своих худших проявлениях сосредоточился на них, а не на ней.
Так что я ничего не могла поделать. Да и более того , когда моя жизнь сложилась так, как сложилась, когда сестра ушла, и произошло все то, что мама, возможно, и не контролировала, но все равно, не противилась быть участницей происходящего, мне и не хотелось ничего делать.
Я слегка наклонилась к нему.
— Надеюсь, Он сделает это для вас, пастор Уильямс, поможет вам жить в равновесии. Потому что, по правде говоря, я не знаю, есть ли надежда для нее. Но я точно знаю, что для отца надежды нет.
— Я не сомневаюсь, что Он это сделает , — ответил пастор. — Но это не значит, что все будет хорошо. Просто Он проведет нас по этому пути.
Я подняла руку и сжала его ладонь , не уверенная в том, что Бог проведет всех, в том числе и мою маму, но Он сделает все возможное для остальных.
— Он мог бы даже лучше направить тебя , если бы увидел, что ты сидишь на одной из моих скамей не только во время выступления рождественского хора , — продолжил пастор , и я рассмеялась, услышав его остроумную реплику.
— Замечание принято , — сказала я.
— Хорошо, тогда увидимся завтра утром в церкви. У меня запланирована очень достойная проповедь, и я уверен, что тебе бы не хотелось ее пропустить.
Я улыбнулась ему еще раз, затем наклонилась ближе, приподнялась на носочках и поцеловала его в щеку, но не отстранилась и сказала ему на ухо:
— Господь выбрал достойного.
Он сжал мою руку и пробормотал:
— Это большой комплимент, Зара. Спасибо.
Я откинулась назад, поймала его взгляд и кивнула.
Пастор еще раз сжал мою руку, прежде чем кивнуть в ответ. Его глаза прошлись по толпе, он несколько раз кивнул , когда взгляд падал на знакомых, а затем повернулся к двери.