И даже дважды кончив, наблюдая за тем, как он направляет всю эту силу на меня, я снова завелась.
Джейкоб присоединился ко мне в постели, перетащив меня на себя, так что я лежала сверху, распластавшись на нем.
Его глаза встретились с моими, голова сделала короткий кивок , а пальцы впились в мои бедра.
— Эмми , — прошептал он.
Очевидно, на моем лице были написаны все мысли, не относящиеся к его большому , красивому телу.
— Тебе нужно кое -что обо мне знать , — объявила я.
Его руки, лежащие на моих бедрах, скользнули вверх, и он слегка прижал меня к себе, не сводя глаз.
— Расскажи мне , — поощрил он, его слова были тихими, заинтересованными, уговаривающими, но не требующими.
Такой милый.
— Когда мне было двенадцать, — начала я быстро, чтобы не передумать , — меня похитили.
Он закрыл глаза, и его руки судорожно сжались.
— Он был хорошим человеком , — заявила я.
Глаза Джейкоба распахнулись.
— Его звали Харви , — поделилась я.
— Эм…
Я продолжала говорить, перебив его.
— Он потерял дочь и жену в автокатастрофе. Я была похожа на его дочь. Он немного сошел с ума, что вполне объяснимо, увидел меня, выхватил с перемены в школе и забрал к себе домой. Я находилась у него три дня. Он отсидел пять лет в тюрьме за три дня.
— Малышка…
— Он попросил меня надеть одежду его дочери. Я надела. Я была слишком мала, чтобы понять всю странность. Он кормил меня ее любимой едой. Это было нормально, потому я ее тоже любила. Он не разрешал мне выходить из дома или подходить к окнам. И много плакал.
Одной рукой Джейкоб плотнее обхватил мою поясницу, другой скользнул вверх по позвоночнику и погрузился в мои волосы, проговорив при этом :
— Эмми, милая…
Я продолжила.
— Кроме того, что он схватил меня, а это было страшно, он меня не трогал. Ничего плохого не произошло. Он даже не называл меня ее именем. Он знал, что я не она. Он просто запутался. Запутался и грустил.
— Малыш, могу я сказать…? — начал Джейкоб , но я продолжила говорить.
— В конце концов, он понял, что поступил неправильно, и сам отвез меня в полицейский участок. Только когда мама и папа добрались до меня, я поняла, что случилось что -то очень плохое. То есть я, конечно, знала: что -то не так, скучала по родителям и волновалась за них, осознавала , что они будут волноваться за меня, но Харви заботился обо мне. Мама и папа были вне себя. Потом папа очень разозлился. Если бы я не была так молода , я бы поговорила с ними. Попросила бы не выдвигать обвинений. Убедила бы их оказать Харви необходимую помощь. Я была слишком мала. Отец вышел из себя. И бросил в него книгу. И Харви принял удар , потому что считал, что заслужил его. У него была дочь. Если бы кто -то поступил так с ней, он сделал бы то же самое.
Джейкоб пристально посмотрел на меня и спросил:
— Откуда ты знаешь?
Я не стала отвечать на его вопрос.
Вместо этого поделилась:
— Но он оставил на мне след.
Еще одно сжатие руки, но на этот раз он не расслабился:
— Так произошло бы с любым.
— Нет, Джейкоб, не так, как ты думаешь. Видишь ли, увидев его и то, как сильно он любит свою жену, свою дочь, как сильно он по ним скучает, я изменилась. Я стала с осторожностью впускать людей в свою жизнь. Людей, которых я могла потерять. Людей, которые могли причинить мне боль , покинув мою жизнь. Даже от тех, кого я любила , я держалась на расстоянии, чтобы, потеряв их, не почувствовать эту боль. Не такую боль, как у Харви, который переступил грань здравомыслия. Любую боль.
Мой взгляд скользнул к калейдоскопу, потом вернулся к Джейкобу.
— Как, например, потерять тебя , — закончила я.
Его глаза снова закрылись, руки сжались еще крепче, и он перевернул меня так, что оказался на мне, упираясь предплечьем в кровать, но его лоб коснулся моего.
Затем он открыл глаза, и я увидела в них только беспокойство.
Озабоченность.
Тепло.
Красоту.
Милосердие.
Глядя в его глаза в тот момент, я поняла, что влюблена в Джейкоба Декера уже четырнадцать лет.
Четырнадцать лет.
И я позволила ему закрыть передо мной дверь.
— Вчера, — начала я шепотом, — я разозлилась и сказала, что это ты должен был открыть дверь, потому что я была бы напоминанием об Элсбет, так что все зависело от тебя. Я была не права. Я тоже могла бы открыть эту дверь.
— Эмми , перестань говорить.
Я закрыла рот.
— Я все это знал. Элсбет мне рассказала.
— Прости ? — я выдохнула.
Его глаза задержались на мне, когда он поднял голову. Затем его рука поднялась, и он проследил за своей рукой, закидывая мою челку на лоб, чтобы концы не лезли в глаза.
Затем наши взгляды вновь встретились.
— Элсбет поделилась этим, детка , — мягко проговорил Джейкоб.
Я почувствовала, как у меня сжалась челюсть, а после заявила :
— Это была не ее история.