– Да уж, мать, ты повела себя как очень глупая и недальновидная женщина, – снова вступил в разговор Нортон. – Хоть ты и великолепно выглядишь, благодаря своим кремам и эликсирам, променяла блестящую карьеру в Тайной разведке на семью, как какая-то клуша. Я даже в Академии не могу похвастаться тобой! Удивительно, что отец столько лет тебя терпел. И не удивительно, что он захотел жену помоложе и поамбициознее. Так что ты можешь помочь нам обоим, если не будешь устраивать скандал и по-тихому подпишешь документы, и сегодня же уедешь на север, карета уже ждёт. Можешь порадоваться за нас, твои провалы исправит другая женщина. У отца появятся ещё дети, о которых он так мечтал, у меня – братики и сестрички, а меня возьмут на нужный мне факультет, раз уж из-за тебя я провалил годовой экзамен.

– И в этом я виновата, сынок? – с горечью усмехнулась я. – В чём ещё?

Глава 2

– Ну конечно, ты, а кто ещё? – с искренней злостью процедил любимый сын. – Да ты задушила меня своей любовью! Пишешь мне в Академию, как сопляку какому-то каждый месяц, лекарства присылаешь, даже приезжала зимой! Что я, ребёнок? Сам не могу себе их у целителей заказать? Или ты думаешь, твои зелья НАСТОЛЬКО уникальны, что никто другой не сможет воссоздать их? Пф-ф: не смеши меня, там рецепт проще простого, я же видел. Да ты даже не лекарь, тоже мне знахарка-самоучка! Зато из-за этих посылок надо мной все смеются. Последние несколько, я выкинул, кстати, так что не смей мне их присылать больше. Я нашёл отличного целителя в Академии, и потребности в твоей заботе у меня больше нет. И тем более в твоих третьесортных лекарствах.

– И вправду, Амели, зачем ты позоришь сына перед однокурсниками своими нелепыми баночками? – отчеканил Найджел. – Знал бы, что все эти годы ты его какими-то самоделками пичкала, давно бы уже нашёл нормального целителя. Может, это из-за твоих непрофессиональных зелий у него такое слабое здоровье?

Это уже было слишком больно и несправедливо. Я отдала этому занятию почти двадцать лет своей жизни! Я ни за что бы ни навредила сыну и училась у лучших профессоров вашей, мать её, магической академии!!!

– Да, моё снадобье не уникально, Нортон, – с трудом сдерживая слёзы, безэмоциональным тоном ответила я сыну, намеренно игнорируя вопрос мужа. – Но если делать его невнимательно или из сырья низкого качества, как это часто бывает у обычных целителей, то можно тебе навредить. И сразу ты этого не заметишь, потому что эффект накопительный. Просто в один момент у тебя лопнет сосуд в голове, Нортон. А я этого не хочу.

– Амели, прекрати его пугать, – процедил Найджел. – Твои предрассудки насчёт столичных целителей достойны провинциальной знахарки, а не дочери генерала и бывшей разведчицы. Когда ты такой стала? Когда успела так поглупеть? Я теперь всерьёз думаю, не ты ли виновата в его состоянии. Возможно, нормальные бы лекарства давно бы его вылечили.

Не вылечили. И мы оба с Найджелом это прекрасно знали. Его даже мощнейшая магия в мире не вылечила до конца, а лишь ослабила действие чар. Потому что при рождении Нортона его мать, Кларисса, прокляла его. Потому что Нортон не стал её заветным билетом к богатству и положению в обществе.

Сыну мы этого, конечно, не говорили, но почему Найджел сейчас так несправедлив ко мне? Он же прекрасно знает, что я не смогу сказать сыну, что с ним сделала его родная мать?! Найджел просто хочет сделать мне побольнее?! За что?!

Вообще, первый тревожный звоночек прозвучал год назад, когда Нортон, поступавший в том году в Магическую Академию Шэдоуспайра, в качестве родителей указал Найджела и Клариссу. Мне было больно, но я промолчала. Он имел право так написать, ведь это было правдой.

Было ли это ошибкой, рассказать ему правду о его происхождении? Возможно. Но мы любили сына и никогда не скрывали его происхождения, ведь весь дворец знал эту историю, но утаили причину его слабого здоровья и постоянных болезней. И всё же, буду честна, меня задел тот факт, что матерью Нортон в анкете назвал не меня.

Дальше – больше. Как действующий генерал и советник императора, Найджел и так появлялся дома нечасто, хоть наше поместье и находилось в трёх днях пути от столицы. Но за прошлый год… дайте-ка подумать, он едва месяц в общей сложности в поместье провёл, утверждая, что приглядывает за сыном в Академии.

Мы оба с мужем боялись за здоровье сына и процесс обретение драконьей ипостаси в Академии, потому я сочла аргументы Найджела разумными. А теперь… теперь оказалось, что уже несколько месяцев Найджел ухаживал за Мериссой Глумдарк, дочерью ректора.

Всё это они мне вчера рассказали за ужином, который я радостно готовила целый день по случаю их приезда в конце учебного года. Якобы из-за того, что сын хотел попасть на элитный факультет в Академии, но провалил годовой экзамен, мой муж, брат императора, посчитал, что его титула и положения недостаточно, и будет уместно, если он женится на молоденькой дочери ректора, чтобы обеспечить Нортону тёплое местечко.

Если честно, повод для развода и будущей свадьбы мне казался нелепым, унижал достоинство и магические способности моего сына и звучал как откровенная наглая отговорка. Что, Нортон сам не в состоянии заслужить себе место в Академии? Не верю. Он весь год был лучшим на курсе! Провалил экзамен? А случайно ли?!

Да и история про «пристроить сына» – это вообще не про Найджела. Он всегда прекрасно понимал и воспитывал Нортона именно в таком ключе: мужчина должен сам своё место под солнцем заслужить и сам пробиться, иначе уважения он у окружающих вызывать не будет. А тут вдруг решил ему помочь на факультет попасть? Не верю.