Я несколько раз моргаю, проверяя, не ошиблась ли. Все мои недавние сны переносили меня к Проклятому Королю, в настоящее время. Но сейчас я знаю, что оказалась в прошлом, в мгновении, которое уже словно высечено в самой судьбе.
Навстречу мне решительно шагает мать с ножом в руке. Решимость видна и в чертах её лица, и в осанке. Длинные рыжие волосы распущены, на ней кожаная одежда. Значит, скорее всего, она тренировалась.
Она проходит прямо мимо, словно не замечает меня, словно я всего лишь призрак. Мне хочется протянуть руку и коснуться её, сказать, что я здесь. Что я жива. Но я стою неподвижно, как статуя, будто страх и неотвратимость происходящего приковали меня к месту. Мать входит в портал. Я следую за ней, потому что не знаю, что ещё делать. Тянусь за ней, словно привязанная к ней тень.
Даже сквозь сияние и дымку я знаю, куда она направляется. От этой уверенности сжимается грудь. Она идёт в мир Проклятого короля, в место, о котором говорят со страхом и благоговением. Она босиком, поэтому её шаги тихие, как Завеса, словно весь мир затаил дыхание.
Два дракона, охраняющие его портал, расступаются, опуская огромные головы в молчаливом приветствии. Из теней появляется Ниссара, словно до этого была их частью.
— Киара, — произносит Ниссара, глядя на мою мать.
— Я нашла его, — говорит мать, протягивая нож. Ниссара кивает. — Это будет её нож. И только ей решать, убить его или нет.
Я недоумённо хмурюсь.
— Мне нужна твоя кровь, — продолжает мать, подходя ближе к Ниссаре. Она кладёт ладонь на одну из огромных чешуйчатых лап драконицы. Ниссара остаётся неподвижной, и тут я замечаю, с какой нежностью они относятся друг к другу.
Как давно они знакомы?
Ниссара любит её... Я буквально чувствую исходящую от неё любовь.
— Возможно, будет больно, — предупреждает мать.
— Не будет. Так что поторопись, — отвечает Ниссара.
Мать поднимает клинок и вонзает его в лапу Ниссары. Он прорывает кожу между чешуйками, и ярко-красная кровь пропитывает лезвие. Мать закрывает глаза, затем поднимает руки и начинает произносить заклинание. Я не могу разобрать слов. Вдруг она резко замолкает, вынимает клинок и пристально смотрит на него. Я перевожу взгляд на Ниссару и вижу, что её серебристые глаза направлены прямо на меня. Словно она меня видит.
Но как это возможно, если мы не в настоящем?
— Здравствуй, дитя, — произносит Ниссара, и я понимаю, что она обращается ко мне. Мать замирает, словно слышит её, и оглядывается.
— Ниссара, с кем ты разговариваешь?
— С твоей дочерью, разумеется.
Мать широко раскрывает глаза и резко поворачивает голову туда, куда смотрит Ниссара.
— Она здесь?
— Да. Она увидела в клинке всё, что ей нужно было увидеть, — отвечает Ниссара.
— Скажи ей, Ниссара. Скажи, что я люблю её и не могу дождаться нашей встречи. — Мать кладёт ладонь на пока ещё плоский живот.
— Она знает. Правда ведь, дитя? — Мамино лицо смягчается. — Так ей предначертано. Она пряха судьбы, — продолжает Ниссара. — Та, кому суждено либо уничтожить миры, либо наконец восстановить их. — Я отвожу взгляд от матери и снова смотрю на Ниссару, когда та вновь обращается ко мне: — И нож поможет тебе это сделать. Поможет уничтожить его.
Я смотрю, как мать держит клинок в руке и мягко улыбается.
— Почему именно кровь дракона? — спрашиваю я Ниссару.
— Потому что пролить кровь дракона можно лишь в том случае, если он отдаёт её добровольно, — отвечает Ниссара. — А теперь тебе пора уходить, дитя.
— Передай ей, что мне жаль. Мне жаль, что... — Её пронзительный взгляд заставляет меня замолчать.
Ниссара начинает бить хвостом по земле.
— Ей нельзя этого знать, — требует она.
Мать смотрит прямо на Ниссару и спрашивает:
— Что она говорит? — Я вижу, как во взгляде Ниссары вновь появляется тепло, когда она смотрит на мать.
— Ничего, — лжёт она.
Мать снова кладёт ладонь на лапу Ниссары. Драконица несколько раз моргает, прежде чем посмотреть в мою сторону.
Затем мир меняется, а дымка становится ещё гуще.
Глава 41
Ройал

— Мой король, — говорит Корвин, снова натягивая перчатку, когда мы выходим из комнаты. — Оборотни устроили какие-то неприятности во дворе.
— Ну разумеется, — ворчу я, останавливаясь наверху лестницы. — Стой на страже у моей двери. Если она проснётся, сообщи мне. Если кто-нибудь попытается войти, убей его. — Он кивает. Корвин знает, что я не шучу. Я убивал и за меньшее и с удовольствием уничтожу любого, кто вздумает приблизиться к ней.
Добираюсь до двора довольно быстро. При виде того, что там творится, тяжело вздыхаю. Два волка, сейчас в человеческом обличье, стоят спина к спине посреди кольца мрачно настроенных местных жителей. Несколько стражников просто стоят рядом и наблюдают.
Люди расступаются передо мной, и Серен замечает моё приближение.