Моё сердце подпрыгивает в груди, и всё внутри сжимается от внезапного прилива эйфории. Мой маленький кролик всё ещё без нижнего белья.
Надежда трогает моё сердце при этой мысли. Она делала это только потому, что я её попросил. После того, как я так жестоко с ней обошёлся, я думал, что всё потеряно. Так почему же она всё ещё следует тому правилу, которое я ввёл? Чтобы отомстить? Чтобы показать мне свою власть надо мной? Чтобы спровоцировать меня?
Она слегка извивается, делая почти незаметное движение, сжимая бёдра вместе. Это ускользает от глаз всех остальных, но не от моих. Мой маленький кролик возбуждён и нервничает из-за напряжённой ситуации.
Питер Халлей, придурок лет сорока с чёрными волосами и угловатыми чертами лица, одетый в костюм от Hugo Boss, гордо держит подбородок и с видом превосходства приближается к стенду медленными и рассчитанными шагами. Он окидывает своим томным и похотливым взглядом тело Эбигейл, задерживаясь на её обнажённых, скрещённых ногах. Его язык быстро высовывается изо рта, чтобы облизать нижнюю губу, прежде чем он заговорит.
Я едва сдерживаю рычание, когда обжигающая ревность разогревает мою кровь, а первобытная ненависть наполняет мою грудь.
— Доктор Роланд, как психиатр, наблюдавший за мистером Найтом в течение последних трёх месяцев, не могли бы вы, пожалуйста, представить своё психиатрическое заключение о нём? Представь его нам со своей точки зрения, — приказывает он с насмешливой улыбкой.
Я делаю ещё один глубокий вдох, чтобы отогнать чёрную тень, и сосредотачиваюсь на Эбигейл, пристально глядя на неё. Я не знаю, чего от неё ожидать. После всего, что произошло, я уверен, что она попытается уничтожить меня. И всё же часть меня остаётся вечно оптимистичной. Эбигейл и Аделаида непредсказуемы. Она могла сказать всё, что угодно, от правды до полностью выдуманной истории.
С тщательно отточенным выражением лица Эбигейл начинает.
— Я познакомилась с пациентом № 18666 Деоном Найтом во время моей смены 7 октября 2023 года. Наше первое общение было коротким, но мне удалось установить с ним контакт и определить, что он обладает точной ясностью мышления и несомненной ориентацией в пространстве-времени. — Она делает паузу, и я чувствую себя незащищённым и уязвимым.
В этот момент Эбигейл обладает властью и полным контролем надо мной. У неё это было всегда, с самого начала. Она собирается препарировать мой разум и мою душу перед аудиторией незнакомцев, раскрывая мои самые глубокие и интимные травмы, как если бы я был лабораторной лягушкой.
Я поменялся местами с лягушками, которых мучил и убивал в детстве. Эбигейл — палач, а я — бедное беззащитное существо, борющееся за свободу. Ирония ситуации не ускользает от меня, и нервная улыбка растягивает мой шрам, когда я закатываю глаза.
Грёбаная карма.
— С первых минут нашего знакомства мистер Найт демонстрировал холодную и сдержанную позицию. Он не проявлял никакого тревожного или нервозного поведения, мимики или микроагрессии. Он оставался трезвомыслящим на протяжении всего нашего короткого разговора, — заявляет Эбигейл, на мгновение прикусив нижнюю губу.
Воспоминание о нашем первом поцелуе, о том поцелуе, который я вырвал у неё, который я навязал ей, который я украл у неё, возвращается ярче, чем когда-либо, и я не могу удержаться, чтобы не прикусить губу, словно для того, чтобы снова ощутить её восхитительный вкус на своём языке.
— Почему ваша первая сессия была короткой? — спрашивает прокурор с подозрением в голосе.
Плечи Эбигейл слегка напрягаются, и на мгновение она сжимает челюсти. Этот кусок дерьма доставляет ей неприятности.
— Протестую, ваша честь. Не имеет значения, — объявляет мой адвокат, заслужив сердитый взгляд Хэллея.
— Отклоняется. — Скучающий ответ судьи заставляет моё сердце бешено колотиться от гнева.
Блядь, этот мудак продался. Взгляды, которыми они обменялись, говорят мне, что он и прокурор знают друг друга. Нейтральное суждение о моих грёбаных яйцах.
— Итак, мисс Роланд, почему ваша первая встреча с мистером Найтом была недолгой? — Повторяет сукин сын со змеиной улыбкой, делая ещё один шаг ближе к Эбигейл.
Мои кулаки сжимаются, костяшки пальцев белеют, когда зверь внутри меня пульсирует.
Эбби прочищает горло и слегка берёт себя в руки, решительно приоткрывая грудь, неизбежно привлекая взгляд мудака на свои сиськи. Она делает это нарочно? Чтобы отвлечь его?
В её голубых глазах пляшет тёмный огонёк, и я узнаю тень Аделаиды, выглядывающую из-за них. Хотя чувство гордости за её изобретательность переполняет моё сердце, я не могу игнорировать гнев и ревность, бурлящие в моих венах.
— У меня возникли личные неотложные дела, и мне пришлось прервать сеанс, — лжёт она с исключительным мастерством, оставаясь серьёзной и собранной.