Тамерлан медленно оглядывает меня с ног до головы, и в уголках его губ появляется жесткая, циничная усмешка.
— Ты как девочка краснеешь, Алена, — хрипло бросает, нависая надо мной всей своей громадой. — Вся пунцовая стала. Как так? Ты же замужем, у тебя ребенок есть. А внутри такая тесная и узкая, словно…
Он делает короткую паузу, наклоняется к самому моему лицу и с грубой, беспощадной прямотой выдыхает прямо в губы:
— Тебя Герман вообще нормально не трахал, что ли?
Внутри всё обрывается, а затем вспыхивает глухой, обжигающей яростью. Ненавижу его за эту грубость! За этот цинизм, за то, что он так бесцеремонно лезет грязными руками в мою душу и выворачивает наизнанку то, о чем я сама боялась себе признаться.
— Похуй. Не хочу о нем говорить. Иди в постель, девочка. Хочу вылизать тебя всю. И ты тоже у меня отсосешь. Так ведь? Будешь послушной?
Я продолжаю стоять как изваяние, и Алимов подталкивает меня, принуждая двигаться. Жар от его обнаженного тела накрывает меня с головой, смешиваясь с огнем камина. Больше нет времени на адаптацию, оправдания и мольбы.
Я падаю спиной на разобранную постель. Алимов нависает сверху. Тяжелые, горячие ладони смыкаются на моей талии, он рывком притягивает меня к себе, так что моя обнаженная грудь сминается о его горячую грудную клетку. Судорожно втягиваю воздух, чувствуя кожей каждый его рельефный мускул и обжигающее, тяжелое дыхание.
Он больше не собирается разговаривать. Пришло время расплаты…
Друзья, еще одна книга моба!
Предам семью, уйду к врагу от Натали Лав!
- И что тебе нужно от меня, чужая жена? - Баграт хищно прищуривается.
А меня охватывает чувство тревоги - зачем я явилась в его спальню, да еще среди ночи...
И в то же время я не знаю, куда девать глаза, которые прилипают сами собой к идеальному торсу, который видно благодаря расстегнутой рубашке.
- Ли-ли-я-я-я, - тянет мужчина моё имя, - Что тебе нужно?
- Защита... Мне нужна защита от моего мужа. Я собираюсь развестись, - всё-таки осиливаю эту фразу.
- М-м-м... И что ты можешь мне предложить за эту защиту?
- Себя! - нагло заявляю я и, сделав несколько торопливых шагов, сама впиваюсь в мужской рот жадным поцелуем.
Книга пишется в рамках литмоба "Запретный союзник"
Глава 10
Его поцелуй больше похож на нападение. Настойчивый, жесткий. грубый. Мужской язык врывается в мой рот, захватывает, целиком поглощает в своей неумолимой потребности. Я задыхаюсь, сопротивляться нет ни малейшей возможности. Я могу только подчиняться. Дело даже не в страхе. Я просто понимаю что слишком слаба перед этим огромным мужчиной.
У меня вырывается стон, глаза влажные от слез.
Тамерлан отрывается от моих губ и смотрит на меня... в его глазах отражается... Удовольствие?
Как у хищника, который догнал жертву. Мне не по себе от этой мысли.
На его губах играет легкая улыбка. Он снова наклоняется ко мне. Второй поцелуй еще более длинный, его рука скользит по моей груди, сжимает и тянет сосок, отчего мое тело напрягается струной. Боль и удовольствие в одном движении. Запредельно и то и другое.
Меня трясет от паники и одновременно странного возбуждения, которое теплой волной омывает тело. Никогда прежде я не испытывала ничего подобного. Впрочем, абсолютно ничего похожего на этот вечер никогда в жизни со мной не было.
Ладони Алимова накрывают мои груди, снова сжимая. Потом он приникает губами к моей шее, двигается ниже, прихватывая кожу, прокладывая влажную дорожку к правой груди. Резко обхватывает губами сосок, втягивает его, сжав другую грудь. Поворачивает голову, касаясь напрягшегося соска языком. Снова впиваюсь ногтями в его плечи, выгибаю спину. Из горла вырывается низкий стон, услышав который, мужчина усмехается.
— Сиськи отпад.
Его рука двигается вверх по моему бедру, сдвигается на внутреннюю сторону, касается влажных лепестков плоти, и я снова выгибаюсь, резко втягивая воздух.
– Тсс…
Там все припухло от его прошлых прикосновений. Дергаюсь, но ему все равно. Вводит в меня сразу два пальца. Надавливает, проникает, гладит, заставляя издавать стон за стоном.
— Влажная. Хорошо