– И каковы же, по-вашему, его цели? Если у него нет дурных намерений, почему он предпочел не представляться?
Разумеется, причина была, однако сейчас меня волновало другое.
– Вы заметили, что снимок сделан автоспуском?
Доктор Дж. специализировалась на интерпретации бессознательных сигналов. Наше тело часто подает знаки в обход сознания. Жесты, позы, едва уловимые изменения мимики могут быть средством невербальной коммуникации. Я хотела, чтобы Дж. проанализировала снимок из газеты. Было любопытно, заметит ли она, что Катерина почему-то смотрит на дом.
– Да, я изучила фотографию, – ответила она наконец.
– И что?
– Вы хорошо сделали, что обратились ко мне. Семейные фото – отличный индикатор как здоровья, так и болезни, они никогда не врут. Насколько я понимаю, снимок был сделан незадолго до трагедии?
– Но что именно вас заинтересовало? – нетерпеливо спросила я.
– Мужчина выглядит спокойным. Улыбка искренняя, как и радость во взгляде и всем его облике. Короче, любящий муж и отец.
Ее вывод меня озадачил.
– То есть вы согласны с автором статьи, который толкует о состоянии аффекта?
– Не нравится мне этот термин. Слишком часто мелькает в газетах и отчетах кое-кого из коллег, – посетовала она. – По распространенному мнению, приступ ярости – это бурный, внезапный и неконтролируемый импульс. Если вы думаете, будто Лоренцо в один миг превратился в чудовище, вы совершаете ту же ошибку, что и прочие, когда пытаются объяснить необъяснимое на первый взгляд кровопролитие… Например, почему любящий глава семейства не просто убивает жену и детей, но делает это самым варварским образом: перерезает им глотки, пока они мирно спят в своих постелях.
Я не понимала, к чему она клонит.
– Если на снимке Лоренцо не подает никаких признаков болезни, то что, как не приступ ярости, толкнуло его на убийство?
– А вы попробуйте представить себе эту сцену. Дождавшись, когда домашние уснули, мужчина хладнокровно, одного за другим, убивает детей и жену, затем сам звонит в полицию и сдается.
Ее описание дало волю моей фантазии. Я слушала, машинально зажмурившись, и меня пробирала дрожь.
– А теперь скажите, убийца действовал импульсивно или обдуманно?
Я прикинула так и эдак.