— Спасибо, сестренка. — Джона повернулся к Хантеру. — Как ты думаешь, Перл сочтет меня презентабельным? Я попросил стилиста придать мне мужественный вид, так как подумал, что, поскольку Перл живет в Северных землях, ей это может понравиться.
Хантер сморщил нос.
— Так вот почему он сделал тебя похожим на старомодного пирата? — Он указал на глаза Джоны. — Мужчины в Северных землях не пользуются косметикой.
— Ты уверен? Стилист сказал, что подводка придаст мне более устрашающий вид.
Хантер усмехнулся.
— Может быть, для него это и так. Но я северянин, и для меня ты выглядишь как мужчина с макияжем, вот и все. И темный лак для ногтей тоже нужно убрать.
Джона поднял руки и вздохнул.
— Я знал, что это была ошибка. Я не должен был позволять ему уговаривать меня.
— Зачем ты это сделал? Когда я встретил тебя в парке, ты выглядел нормально.
— Нормально?
— Да, вы с Коулом одевались и вели себя так же, как мои друзья из дома. Вот почему вы мне нравитесь, парни.
Джона нахмурился.
— Ты же понимаешь, что мы были в костюмах, верно?
— Костюмы?
— Мы были одеты как люди начала двадцать первого века.
Хантер удивленно приподнял бровь.
— Мне понравились те рубашки в клетку.
— Мы продаем их в сувенирном магазине, если хочешь.
— Спасибо, но у меня дома уже есть несколько точно таких же. — Хантер выглядел задумчивым. — Что ты обычно носишь?
— О, я не знаю. Все, что меня волнует, — это чтобы одежда была удобной. — Джона посмотрел на темную шелковую рубашку и узкие брюки, которые были на нем. — Вот почему это было для меня непросто. Я лишь хотел выглядеть как можно лучше.
Хантер одарил Джону сочувственной улыбкой.
— Я понимаю, но если ты хочешь произвести впечатление на северян, ты не можешь появиться в таком виде. Перл, может, и найдет тебя красивым, но ей нравятся все. И в любом случае, тебе не о ней стоит беспокоиться.
— Но я еду из-за нее.
— Да, но люди, о которых тебе стоит беспокоиться, это Хан и Магни.
— Ее муж, правитель, и его брат, командующий. — Джона кивнул, показывая, что знает, о ком говорит Хантер.
— Совершенно верно. Эти люди обладают властью, и подумай об этом: если ты им понравишься, у тебя будет шанс поработать с ними над различными интеграционными проектами.
— Я был бы рад этому, — воскликнул Джона.
— Тогда тебе нужно выслушать меня, потому что я гарантирую тебе, что, если ты появишься в образе мамочкиного павлина, они не воспримут тебя всерьез.
Джона снова нахмурился.
— Ладно, понял. Я захватил с собой еще несколько рубашек. Может быть, какая-нибудь из них подойдет?
— Покажи мне.
Джона потянулся к своей сумке и вытащил несколько ярких рубашек и черную вязаную толстовку с капюшоном.
— Вот эту. — Хантер указал на толстовку. — Похоже, я бы ее тоже надел. У тебя есть какие-нибудь футболки?
— У меня есть белые. — Джона внезапно расплылся в лучезарной улыбке. — Нет, подожди, на самом деле, у меня есть рубашка в стиле ретро из парка. Я сплю в ней, потому что она мягкая, но если тебе нравятся рубашки в клетку, то эта может подойти. — Он вытащил разноцветную рубашку, которая заставила Хантера нахмуриться.
— Что это, черт возьми, такое?
— Это старая техника, которая называется тай-дай. Она была очень популярна в конце двадцатого века. — Его энтузиазм угас, когда он увидел, как Хантер поднял рубашку, словно это был грязный подгузник.
— Не надевай это дерьмо. Ни один мужчина еще не выглядел так хорошо в розовых, фиолетовых и голубых цветах.
Я взяла рубашку у Хантера.
— Если она тебе не нужна, я заберу ее. Эта рубашка потрясающая.
Джона почесал в затылке.
— Я в полном замешательстве. Я не могу разобраться в моде на Родине, и у меня не получается разобраться в ней на Севере. Это безнадежно.
Все еще держа перед собой рубашку, я подбодрила его.
— У тебя есть много других качеств, в которых ты хорош, и все тебя любят. Мода не имеет такого большого значения.
Хантер похлопал его по плечу так сильно, что Джона дернулся вперед.
— Не переживай. Мы что-нибудь придумаем. Я могу одолжить тебе кое-что, но у меня не хватит одежды для нас обоих на три дня. — Хантер начал искать людей на своем браслете. — Я что-нибудь придумаю, пока ты будешь снимать лак с ногтей.
Джона потер свои ногти.
— Он не снимается.
— Ты не можешь снять это? Дай-ка я попробую. — Я потянулась к его левой руке.
Хантер искоса взглянул на нас.
— Думаю, нам нужно позвать Милу. Она разбирается в таких вещах.
— Кто такая Мила?
— Подруга и бывшая одноклассница. Мила родом с Родины, и она не будет тебя осуждать или высмеивать, она слишком милая для этого. Кто знает, может, она даже поймет, что ты увлекаешься модой.