Это был долгий день, и я заснул в объятиях Сабелии - по крайней мере, мне так показалось - а когда проснулся, оказался один. Я не чувствовал ее рядом с собой. Но даже если бы чувствовал, это не имело бы значения, потому что я знал, что ее там не было.
Я попытался пошевелиться и почувствовал, что тело не слушается.
Я попытался закричать, но рот был онемевшим, словно мне вкололи новокаин. Мне казалось, будто на мне лежит тридцать фунтов кирпичей. Это был сон. Я знал, что это должен быть сон. Так я себе и говорил. Один из тех безумных снов, когда ты не можешь бежать, хотя тебя кто-то преследует, - словно твои ботинки весят сто фунтов или ты увяз в грязи.
Потом в моей голове раздался голос - кристально чистый голос разума: - Ты не спишь, придурок. Ты вообще не спишь.
Но если я не спал...
Первое, что я осознал, - это то, что я даже не лежал. Я сидел, прислонившись спиной к стене. В комнате не было того медицинского запаха, к которому я так привык, - остаточного запаха медицинских дезинфицирующих средств. Пахло... металлом. Как сталь и ржавые головки заклепок. И сыростью.
Я не был в палате с Сабелией.
Меня перевели куда-то еще.
Пока я там сидел, разминая конечности, чтобы вернуть в них чувствительность, в голове мелькали странные мысли. Самая странная из всех - и, наверное, самая прозаичная - заключалась в том, что я испытывал абсолютное, непреодолимое желание съесть что-нибудь из "Макдоналдса. - Я хотел, черт возьми, я нуждался в "Квартал-паундере" с сыром и большой порции картошки фри. И шоколадный коктейль тоже. А может, еще "Филе-о-Фиш" и "Чикен МакНаггетс. - Это было безумие, но я почти чувствовал вкус "Квартал-Паундер. - Конечно, я не ел фаст-фуд уже много месяцев - с момента "Пробуждения" бургерных стало очень мало, - но в тот момент я был готов на все, чтобы его получить. В голове постоянно мелькал образ золотых арок, и у меня текли слюны. Боже, я даже чувствовал запах картошки фри.
Затем, так же быстро, как эта мысль возникла в моей голове, она исчезла.
Как будто закрыли кран. Мало того, что она исчезла, так еще и сама мысль о гамбургере с картошкой фри вызвала у меня физическое недомогание. Картинки еды проносились у меня в голове, и желчь подступила к горлу. Меня стошнило, и я выплюнул ее. Во рту остался привкус холодного жира.
Потом и это тоже прошло.
Может, именно это Пратт имел в виду, говоря о побочном эффекте газа страха. А может, я просто сходил с ума. Как бы то ни было, это не объясняло, где я находился и как, черт возьми, я туда попал. И не объясняло, как я оделся. Я знал, что когда заснул, на мне не было ничего. Как и на Сабелии.
Мое ощущение реальности было нарушено.
В какой-то степени это продолжалось с тех пор, как на меня подействовал газ. И, сидя там, я сомневался во всем в этой тьме неизвестной комнаты.
И тут я что-то услышал.
Это был влажный, слюнявый звук, словно собака лакала воду из миски.
Затем раздался влажный звук разрыва. От него по мне пробежали мурашки страха. На мгновение или два воцарилась тишина, а потом я услышала грызущий звук, словно гончая грызла мясистую кость.И я почувствовал ужасный запах. Что-то, чего я раньше не замечал - мрачный, гнилостный запах разложения. К тому моменту я слишком хорошо знал этот запах. В комнате со мной был зомби, и он пожирал. Это могло быть что-то другое,
другое животное, но я знал, что это не так.
Страх превратился в ужас, глубоко проникший в меня, пока я слушал, как зубы скребут по кости.
К тому моменту онемение почти прошло. Я пошевелил ногами, а потом руками. Слегка пошевелившись, я ударился локтем о стену позади себя, и она издала какой-то глухой звук. Скрежет сразу же прекратился. Я замер, затаив дыхание.
Подожди.
Просто подожди.
Оно снова начало грызть, и я немного расслабился.
Я оказался в действительно дерьмовой ситуации, как ни крути. Я был в темноте с одним из живых мертвецов, а может, и с несколькими - кто знает. В общем, я знал, что обычно они не нападают, пока у них есть что поесть... но не всегда. У меня не было ни оружия, ни возможности сориентироваться.
Моя единственная надежда заключалась в том, что мой возможный иммунитет к зомби-оспе все еще действовал. В любом случае, перспектива "потанцевать" в темноте с голодным трупом не выглядела особо привлекательной.
Поедание продолжалось с прежней интенсивностью.
Что, черт возьми, теперь?
Я не мог просто притвориться мертвым и надеяться, что существо уйдет. И я не собирался сидеть там в темноте, не зная, где я нахожусь.
Я встал как можно тише. В карманах брюк ничего не было. Зато в кармане рубашки лежали сигареты и одноразовая зажигалка. Раньше их там не было. Кто-то их туда положил. Покурить - это последнее, чего я хотел, но зажигалка натолкнула меня на мысль.
Хруст прекратился, и я снова услышал звук разрыва.
Зомби, вероятно, отрывал новый кусок плоти, чтобы съесть. Я услышал хруст, напоминавший, как кто-то жевает куриное крылышко.
Я должен был что-то сделать, и я это знал.
МЕРТВЫЕ ДРУЗЬЯ
Я поднял зажигалку и щелкнул ею.