Первая крыса рванула в её сторону, спружинила и прыгнула, целясь в шею. Алина встретила ее ударом шеста, отшвырнув прочь. Вторая попыталась атаковать сбоку, но лишь прокусила толстую ткань куртки. Третья, самая крупная, ждала.
Алина знала, что нужно бить быстро, пока упавшие не опомнились. С рыком вожак ринулся на нее. Девушка не стала уворачиваться. Она сделала шаг навстречу, поднырнула под крысу и с размаху вонзила нож в бок твари, чувствуя, как лезвие проходит сквозь мышцы и ребра, с хрустом разрывая их.
Извивающееся тело рухнуло на нее, испачкав одежду теплой липкой кровью. Она отшвырнула его, отскочила назад и, не тратя времени на проверку, подхватила рюкзак. Две оставшиеся крысы уже поднимались. Она развернулась и побежала. Крысы не стали ее преследовать, а кинулись добивать своего собрата, а потом лакомиться теплой плотью. Зачем тратить силы на преследование, когда свежая еда уже тут рядом.
Алина быстро убрала оружие, подхватила рюкзак, и, не оглядываясь, метнулась к дальней стороне крыши, где угадывался проем чердачного окна. Скрип и чавкающие звуки позади, говорили о том, что оставшиеся крысы нашли, чем заняться. Но расслабляться было нельзя — запах крови и шум привлекут других охотников. Позади послышался гортанный птичий крик.
Чердак встретил ее гнетущей темнотой, спертым воздухом с запахом пыли, плесени и птичьего помета. Луч фонаря, выхваченный из кармана, разрезал мрак, выявляя груды хлама, сломанную мебель и клубки каких-то волокон, похожих на гигантскую паутину. Она быстро осмотрела пространство. Здесь можно было перевести дух, но ненадолго, требовалось найти выход.
Старая лестница, ведущая вниз, находилась в углу. Бетон крошился под ногами, но выдерживал чужой вес. Алина спустилась на несколько пролетов, прислушиваясь. В доме царила та же мертвая тишина, что и в квартире с пулосом, но здесь она была гуще, насыщеннее — будто само здание затаилось и ждало. Вероятнее всего за какой-то из этих дверей было их логово, а может, там обитал кто похлеще. Так что следовало покинуть это место как можно быстрее.
Алина замерла. Снизу, из темноты подъезда, донесся звук, это был тихий размеренный скрип. Как будто что-то тяжелое и твердое медленно волочилось по бетону. Скрип прерывался, потом начинался вновь, каждый раз чуть ближе.
Она знала этот звук. Катки. Так их называли между собой выжившие.
Алина бесшумно отступила назад и уперлась спиной в дверь квартиры. Та оказалась открытой. Она поморщилась, но все же вошла в коридор и прикрыла за собой дверь, не закрывая ее полностью. Через щель она могла наблюдать за площадкой.
В квартире творился полный хаос, в отличие от того жилья, в котором она побывала до этого. Мебель была разбита, везде валялись осколки и рваные тряпки. На стене красовалась надпись: «Мы сила!». Алина старалась двигаться бесшумно.
Из мрака на втором этаже выползло Оно. Существо напоминало гибрид громадной сороконожки и бронированного танка. Его сегментированное тело, длиной около трех метров, было покрыто не хитином, а чем-то вроде известкового налета и ржавых металлических пластин, вросших в плоть. По бокам торчали десятки коротких, мощных лапок, оканчивавшихся твердыми наростами, похожими на колеса или катки. Именно они и издавали тот жуткий противный скрип при движении.
Голова у твари была маленькой, почти незаметной, с парой слепых, молочно-белых глаз и круглым ртом-присоской, усеянным рядами костяных терок. Каток не охотился на живую добычу. Он был падальщиком и переработчиком, пожирал металл, камень, пластик, перемалывая все в грубую массу для своего растущего панциря. Органическая пища его не интересовала ни в каком виде, хотя кости он мог и употребить, если они попадались на его пути.
Однако его медлительность была обманчива. В радиусе нескольких метров от него тянулось невидимое поле, своеобразный «радар», улавливающий вибрации и тепло. И любое живое существо, попавшее в это поле, воспринималось как угроза целостности его «брони». Тогда каток атаковал стремительным, подобным пружине, рывком, сметая все на своем пути и пытаясь раздавить угрозу своим весом.
Он прополз мимо соседней двери. Его белые глаза смотрели в никуда. Вообще, непонятно зачем они были нужны. Алина затаила дыхание, стараясь не шевелиться, и не думать даже о лишнем движении. Рюкзак с консервами на плечах казался невыносимо тяжелым предательским грузом. Но бросить его она не могла, от него зависела жизнь.
Каток остановился прямо напротив двери. Его тело замерло. Рот-присоска слабо пошевелился, втягивая воздух. Алина почувствовала, как по спине пробежал ледяной пот. Он что-то учуял. Металл в рюкзаке или запах крови с крыши? Или просто тепло ее тела или ее дыхание?
Существо медленно, со скрипом, начало разворачиваться, нацеливая свою слепую голову в сторону щели в двери.
Мысли Алины заработали с бешеной скоростью. Выстрелить из арбалета? Бесполезно. Болты отскочат от его брони, как горох, да и такой дуре нужен снаряд помощней. Попытаться проскочить? Он заблокировал узкую лестничную клетку. Оставалось только одно — отвлечь тварь.