Следующим был Бастиан. Золотой свет извивался под чернотой его татуировок, когда я приблизилась, его зверь был близко к поверхности. Я взяла его руку в обе свои, успокаивая дикое существо внутри него нежным прикосновением. Его кровь на вкус была как поля диких цветов и журчащие ручьи, сверкающие на солнце. Когда он взял мою в ответ, я почувствовала, как его зверь наконец успокоился.
Серебряный свет, пронизанный золотыми нитями, соединил сигил полной луны под его ногами с кристаллической луной над головой, которая пульсировала быстрее, пока накапливалась сила, заставляя узоры света танцевать по стенам залы.
Я перешла к Тейну, последнему из моих консортов, чтобы завершить ритуал. Через его кровь я мельком увидела пути между мирами, знание, скрытое в пространствах между ударами сердца. И когда он взял мою кровь, сигил под его ногами вспыхнул серебром, а кристаллическая луна над головой засияла слепяще ярко.
Узоры на полу закрутились вверх колоннами света, образуя сложную решетку, тянущуюся к потолку. И все же пустые места в нашем круге болезненно пустовали.
Я вернулась в центр, опускаясь на колени под кристаллической луной, пока ее свет омывал меня волнами.
Но что-то было не так. Сила накапливалась без направления, дикая и нестабильная. Защитные чары вокруг Лунного Убежища дрожали под продолжающимся штурмом, впитывая ручейки энергии нашего ритуала, но не в силах правильно вплести ее в существующую структуру чар.
— Не работает! — крикнула я, мой голос странно отозвался эхом в заряженном воздухе.
Исадор отошла от стены, ее медные глаза расширились от тревоги.
— Подчини силу своей воле, Софи!
— Круг неполный. — Голос Рэйдзи донесся от арки, срочный и настойчивый. — Пророчество говорит о консорте, рожденном звездами. Я мог бы стать им для тебя. Я мог бы помочь укрепить ритуал.
Мои консорты напряглись, единые в неприятии его предложения.
— Стой на месте, — предупредил Ксавьер, его голос был смертельно тихим.
Но Рэйдзи прижал руку к барьеру, его голос нес оттенок отчаяния.
— Защитные чары падут без полного круга. Впусти меня — позволь помочь тебе.
Я покачала головой. Даже с ним это не будет полный гарем, так что не было смысла связывать его в спешке.
Очередной толчок сотряс убежище, сильнее всех предыдущих. Пыль посыпалась с потолка, когда в древней каменной кладке появились трещины. За пределами нашего защитного круга Мика прижался к стене, кровь отхлынула от его лица.
— Мама! — крикнул он, используя имя, которое никогда не произносил вслух при мне. От этого звука меня пронзило, привязывая к физическому миру, когда поток магии грозил унести меня прочь. Я не могла потерпеть неудачу. Я не могла.
Я глянула в сторону Рэйдзи, видя неприкрытый голод в его глазах, пока он смотрел, как сила течет через меня. Что бы ни означало его предложение на самом деле, сейчас было не время выяснять.
Я потянулась через свои узы с консортами, притягивая их энергию к себе. Их сила текла через меня, как реки в океан, заполняя пространства внутри меня, о существовании которых я не знала. Пробелы оставались — три пустые позиции в нашем круге, где сила должна была течь, но не текла, — но я смогла сплести поток магии в заплатку, имитируя отсутствующих консортов. Плохая замена. Едва работающая, но если я придам ей нужную форму…
Свет кристаллической луны сместился, сосредотачиваясь в более узкий луч, который ударил прямо в меня. Боль пронзила тело, когда сырая сила затопила меня, больше, чем на кладбище с королевами. Больше, чем я когда-либо направляла. Она жгла вены, как жидкий огонь, ища выхода.
Я вскрикнула, спина выгнулась, когда сила грозила разорвать меня изнутри. Через наши связи я чувствовала, как тревога моих консортов возросла.
— Мама! — крикнул Мика.
— Оставайся на месте! — приказала Исадор. — Пламя тебя поглотит!
Я не могла говорить, не могла успокоить его, пока сила нарастала за пределы того, что я могла сдержать. Кожа казалась слишком тесной для того, что двигалось через меня, древнего и первобытного. Но напоминание, что Мика здесь, привязывало меня, удерживая на краю.
Я подняла свободную руку к потолку, к защитным чарам за его пределами, и выпустила собранную силу контролируемым импульсом. Лунный свет взорвался наружу из моей ладони, мчась по невидимым каналам к границам убежища. Там, где он касался слабеющих чар, они вспыхивали жизнью, древние узоры оживали с обновленной силой.
Зала погрузилась во тьму и тишину, когда сила утекла, питая структуру чар, как вода, впитывающаяся в пересохшую землю. Через какое-то новообретенное чувство я ощущала, как защита убежища сшивается заново, закрывая бреши, образовавшиеся во время атаки. Толчки прекратились, когда защитные чары стабилизировались, отталкивая то, что их испытывало.