— Я пойду пописаю или возьму сэндвич или что-то такое, — выпалил он. — Не одновременно, очевидно, — тараторил он. — Сначала сэндвич, потом пописать, или… Неважно. — Он направился прямо к двери.
После того как он ушел, я вернула внимание к Рен, которая внимательно наблюдала за мной. Я облизнула губы и посмотрела на свои колени.
— Я не всегда могу отличить жажду крови от обычной похоти, — призналась я, мои щеки горели. — Я становлюсь лучше в этом, но причастия обычно довольно интенсивные, — добавила я в спешке. Я перевела внимание обратно на ее лицо. — Просто чтобы ты знала, на что подписываешься.
Лукавая улыбка, как у Моны Лизы, тронула губы Рен, вызвав приятный трепет в животе.
— У меня нет проблем с такой договоренностью, если у тебя нет.
— Я… — Я уставилась на нее, приятное покалывание во всем теле распространялось через меня. К своему удивлению, я обнаружила, что киваю без колебаний. Уверенность, расцветшая внутри меня, застала меня врасплох — это ощущалось правильным так, как я не могла объяснить. — У меня тоже нет проблем.
Рен схватила мою руку, отдирая мои пальцы от корешка книги, прижала свою ладонь к моей. Я почувствовала, как волна шипучей силы каскадом прокатывается по руке и через тело.
— Хорошо, — сказала она мягко. — Но сначала тебе нужно вернуть отсутствующего консорта… И думаю, я могу помочь тебе и с этим.
Я нахмурилась.
— Что ты имеешь в виду? — Я уставилась на ее руку против моей, на источник того приятного, гула во всем теле. — Что ты со мной делаешь?
— Блокирую твоих консортов от подслушивания нашего разговора, — сказала она, привлекая мое внимание обратно к своему лицу.
— Они уже идут, — сказала я, чувствуя их приближение.
— Тогда я буду говорить быстро, — сказала она. — Есть одна вещь, которую Верис хочет больше всего на свете.
— Снять проклятие, — догадалась я. — Но это усилит влияние тени на всех оборотней.
Она рассмеялась, звук был темным.
— Какая теперь разница? Король Теней уже ломает дверь. — Ее выражение стало смертельно серьезным. — Я могу провести тебя через портал в Крепость Солнца, но ты не должна брать с собой консортов, иначе Верис использует их против тебя. Ты должна пойти одна, предложить обмен — проклятие за твоего консорта — совершить обмен и вернуться. Я присоединюсь, конечно. Тебе понадобится консорт-звезда, чтобы провести ритуал вместе, взывая и к Селене, и к Эос.
— Мне нужно забрать и королев, — сказала я второпях, оглядываясь через плечо на дверь. Ксавьер был почти здесь, Бастиан близко позади него. — Гэвин никогда не уйдет без них.
Рен отмахнулась.
— Они ему не нужны, как только проклятие будет снято. Встреться со мной сегодня ночью. На кладбище. В полночь.
— Они здесь, — выдохнула я.
И Рен шокировала меня, встав на колени, взяв мое лицо в ладони и прижавшись губами к моим как раз в тот момент, когда дверь распахнулась.
Поцелуй обрушился, как падающая звезда — яркий и неожиданный. Ее губы были прохладными против моих, на вкус как цветочные травы и что-то одновременно древнее и новое. Не требовательный, как поцелуи моих консортов, а изучающий. Вопрос. Ответ.
Я услышала резкий вдох из дверного проема, чувствуя немедленное напряжение, исходящее от моих консортов через наши связи. Но я не могла оторваться, пойманная в этот непредвиденный момент связи.
Когда Рен наконец отстранилась, ее темные глаза блестели секретами, как далекие галактики. Уголок ее рта приподнялся в тонком удовлетворении, когда она бросила намеренный взгляд в сторону двери, где замерли Ксавьер и Бастиан.
Ни один из моих консортов не проронил ни слова, но безмолвная буря, закипающая в глазах Ксавьера, и золотой блеск, всплывающий у Бастиана, говорили все. Века собственнического инстинкта боролись с их уважением к моей автономии.
— В полночь, — беззвучно сказала Рен. Она грациозно поднялась на ноги, разглаживая одежду с неторопливой точностью. Уверенность в ее осанке, когда она шла к моим консортам, была мастер-классом рассчитанной невозмутимости.
Ксавьер не отступил от дверного проема, заставляя ее помедлить перед ним. Безмолвное противостояние длилось всего секунды, но казалось бесконечным — Главный Консорт и наследница Звезд, древние силы оценивали друг друга. Наконец он сдвинулся ровно настолько, чтобы пропустить ее, его челюсть была сжата так крепко, что я видела подергивание мышцы через комнату.
Я коснулась кончиками пальцев своих губ, все еще чувствуя остаточное покалывание ее поцелуя. Жар пополз в щеки, когда я встретила взгляд Бастиана.
Вес сегодняшней задачи осел в груди камнем. Чем я готова рискнуть? Чем, возможно, придется пожертвовать? Ради Гэвина. Ради всех нас.
Дверь щелкнула, закрываясь за Рен, оставляя меня наедине с моими консортами и опасной надеждой, горящей в груди.
Глава 26