Солнце только что село, и под покровом темноты капитан выдвинул фотонную мачту, чтобы сфотографировать потенциальные точки высадки и измерить дальности до них лазерными ИК-дальномерами.
Пользуясь этими снимками, Митчелл и Гаммерсон встретились, чтобы определить место, выбрав точку у юго-восточной оконечности безымянной необитаемой песчаной косы.
— Выглядит неплохо, — сказал Митчелл.
— Да, и не переживайте. Подведу нас в пределах трёхсот метров, так что плыть придётся недалеко, а у меня под килем всё ещё останется метров семьдесят пять воды.
Капитан продолжил, что зависание с килем на глубине тридцати метров всё равно оставит верхушку рубки «Монтаны» на четырнадцать с половиной метров под поверхностью. Он сказал, что не видел в гавани ни одного судна с такой полной осадкой, даже гружёного под завязку.
— Видно, вы правильно живёте, Скотт, — добавил он наконец. — У нас сейчас полная вода, да ещё и сизигийный прилив.
— Это хорошо?
— Это отлично. Сизигийные приливы особенно высокие или низкие, когда солнце и луна выстраиваются в линию, и мы получаем их совместное гравитационное притяжение. Вам придётся плыть чуть ближе к берегу, а у меня будет на пару футов больше воды под килем.
— Прекрасно.
— И ещё кое-что. Восход солнца в 05:24. Если не окажетесь в воде до этого времени, мы будем возвращаться каждую ночь, в то же время, пока Национальное командование не даст мне прямой приказ прекратить операцию. У меня нет привычки бросать людей.
— У меня тоже, сэр. И я это ценю. Но если вам придётся уйти без нас, мы просто угоним рикшу и двинем на запад.
Капитан усмехнулся.
— Не сомневаюсь, что двинете. Теперь я передам точку высадки вашему начальству, а они перешлют её агентам, с которыми вы свяжетесь на берегу.
— Спасибо, сэр.
Через пятнадцать минут Митчелл и остальные восемь членов его группы стояли в холодном металлическом пространстве шлюзовой камеры.
— Все готовы? — спросил он.
Восемь больших пальцев поднялись вверх.
Они облачились в гидрокостюмы и очки и пристегнули на грудь дыхательные аппараты «Драгер» LAR-V.
LAR-V представлял собой автономный дыхательный аппарат, специально разработанный для скрытных операций на мелководье. Митчелл и его «Призраки» будут дышать стопроцентным кислородом, а выдыхаемый воздух будет рециркулировать в замкнутой системе через фильтр, удаляющий углекислый газ. Соответственно, «Драгеры» позволяли им плыть, не выдавая себя пузырями, характерными для обычного акваланга.
Каждый оперативник также нёс снаряжённый рюкзак, пистолет Px4 Storm SD и одну-две винтовки на выбор.
Старшина «морских котиков» Таннер, голубоглазое воплощение чистых мышц, стоял у люка и поднял большой палец.
— Помните, капитан, спрячьте маячок в один из ваших дыхательных аппаратов на берегу. Мы со старшиной Филлипсом подойдём минут через десять забрать снаряжение.
— Принял, старшина.
Таннер задраил люк и подал сигнал заполнять шлюзовую камеру.
Вода поднималась, температура была не такой уж холодной — двадцать четыре градуса Цельсия. Они взяли загубники дыхательных аппаратов в рот, и как только полностью погрузились, люк открылся, и они выплыли в колышущиеся завесы темноты.
Во время короткого перехода к берегу Митчелл вспоминал инструкции старшины Филлипса: рассредоточиться, держа дистанцию около двадцати метров друг от друга, чтобы не всплывать группой, а поодиночке. Он также велел растянуть по времени рывки из воды на берег.
Так что каждому оперативнику присвоили номер, начиная с Дженкинса и заканчивая Митчеллом. Он медленно приподнял голову, когда колени коснулись дна, и наблюдал, как один за другим его бойцы выбирались на пустынный берег в заранее спланированной последовательности.
Позади них, к юго-востоку, лежал курортный остров Гуланъюй, разноцветные огни которого подмигивали сквозь дымку. Митчелл сдвинул маску на лоб и поморщился от мерзкого запаха воды. Он подтянулся ближе, снял ласты, оставив мокрые ботинки, и рванул на берег.
Там он и остальные скинули снаряжение, сложив его для «морских котиков», затем Митчелл установил маячок и подал сигнал рукой к выдвижению.
Они торопливо двинулись на запад, через довольно густой лес, к противоположному концу косы, где длинный причал вдавался в пролив между ними и материком.
Одинокая деревянная рыбацкая лодка с погашенными огнями была пришвартована у конца причала и громко работала на холостом ходу, двигатель выдыхал клубы чёрного дыма. Лодка едва могла вместить шестерых, не говоря уже о девяти-десяти.
Митчелл подал новый сигнал рукой, и группа рванула из леса на причал, пригибаясь.
Добравшись до лодки, лысый китаец в очках, с внушительным брюшком, тяжело подошёл к борту. Он повысил голос, перекрикивая кашляющий двигатель, его английский оказался на удивление хорош:
— Все на борт. Быстрее, быстрее. И кто из вас капитан Митчелл?
— Я, — ответил Митчелл, перелезая через леер и втискиваясь на палубу.