— А уж я от тебя и подавно, старая ты телега, — отозвался морской свин, взлетая. — Ты ж мне, якорь тебе в селезенку, кастрюлю с супом спьяну перевернул.  

Я просто стояла в шоке и в разговор не вмешивалась. Морская свинка – кок!  

— Чего встал? — окликнул меня пернатый, цепляясь задними лапами за веревку, что тянулась от одной стены до другой. — Садись картошку чистить, доходяга. И давай поживее.  

Встрепенувшись, я села на указанный стул и схватилась за нож, лежащий на разделочной доске. Эрни предпринял вторую попытку к побегу, так что с хозяином кухни – или, как здесь говорили, камбуза – я осталась один на один.  

За чистку картошки взялась, да — несколько раз видела, как это делается, когда забегала на кухню, но все никак не могла перестать пялиться на пернатого. Он это замечал и был всем вокруг недоволен. Особенно мной, потому что картошку я, по его словам, чистила как-то не так.  

— Ты куда столько срезаешь? — ругался Рич, страшно кружа над моей головой. — Тебя кто, муха ты недобитая, так картошку чистить учил? И плащ свой снимай, грязи мне натащили тут!  

Прямо при морской свинке я раздеваться не стала. Спросила, где могу плащ оставить, чтобы он никому не мешал, и получила ответ: “Вон там”. Это нечеткое направление привело меня во второе помещение — темное, заваленное мешками с провизией и заставленное холодильными шкафами. По центру от стены до стены висел гамак, в который накидали всякого хлама.  

Ну и я тоже решила от команды не отставать.  

Сняв с себя плащ, я повязала его себе на голову на манер восточных торговцев, которые как-то заезжали к нам и организовывали базар. Эти конструкции помогали им носить на голове тяжелые корзины. По ощущениям, вышло неплохо, но о красоте я беспокоилась в последнюю очередь. Слишком примечательными были мои красные волосы, которые требовалось спрятать целиком.  

Обладателей красных от рождения волос в нашем королевстве было не так уж и много. В нашем графстве — и вовсе я одна.  

Убедившись в том, что просторная льняная рубаха спрятала от чужих глаз небольшую грудь, я вернулась обратно в кухню, но лучше дело не пошло. Как бы я ни старалась, отсмеявшись из-за конструкции на моей голове, Рич все равно ругался, говоря, что я только продукты перевожу.  

— Ну куда, куда ты столько срезаешь, бестолочь? — вился он надо мной, при этом успевая на расстоянии помешивать варево в котлах.  

Тому, что такое необычное животное владеет магией, я уже не удивлялась.  

Заслышав с лестницы чужие шаги, я очень надеялась, что меня сейчас спасут. За последний час в себе я нашла сразу уйму талантов, начиная от мытья полов и заканчивая лазанием по мачтам.  

Я была на все согласна, лишь бы меня спасли!  

— Рич, нам ужина еще долго ждать? — спросил капитан, появляясь на последних ступеньках. — Я так и не успел в таверне поесть.  

— Да утром, судя по всему, ужинать будем, — ответил кок, приземляясь на свою веревку, и тут же перешел к возмущениям: — Ты кого мне в помощники прислал?  

Понимая, что сейчас все внимание будет обращено на меня, я быстро спрятала очищенные картофелины под глубокой тарелкой и убрала грязные руки за спину. Почему-то было стыдно, несмотря на то, что я действительно старалась.  

Хмыкнув невпопад, мужчина подошел ко мне и, точно угадав, где я прячу свои шедевры, поднял тарелку. Мои старания он оценивал молча и долгие секунды, которые мне показались целой вечностью.  

А я тоже молчала. Мне нечего было сказать.  

Вдруг придвинув к себе второй стул, господин Айверс потянулся к мешку с капустой и вынул из него второй нож. Когда он взял картошку и кивнул мне на стул, я еще не верила, что мужчина примется меня учить, но через мгновение уже внимательно следила за его манипуляциями.  

А Рич бухтел. Ему не нравилось, что капитан сам взялся мне помогать.  

Руки мои то и дело тряслись. Картофель несколько раз падал обратно в мешок. Я боялась, что меня вот-вот вычислят или, того хуже, скажут, что такая неумеха, как я, им не нужна. Но ничего такого мужчина не говорил. С видом увлеченного человека он срезал грязную кожуру.

Отвлекшись на капитана, я в очередной раз выронила картофелину и сдавленно пискнула. На ладони остался небольшой порез от острого ножа, но получить его я никак не ожидала.  

— Чего там у вас? — заинтересовался Рич, подлетая к нам. — А я тебе говорил, что без пальцев останешься, бестолочь.  

— Тихо, — рявкнул господин Айверс, беря мою ладонь в свои — большие и теплые.  

Оценив порез, он вдруг прошелся пальцами по моей ладони и нахмурился. Беззаботная улыбка слетела с его лица, будто и не было, а сам мужчина внезапно поднялся и ушел к лестнице.  

Не понимая, что произошло, я тоже посмотрела на свою ладонь, затопленную выступившей кровью. Вида крови я не боялась, но, может, это он — Арс – боялся? Моя мама, например, боялась и сразу падала в обморок, едва видела мои разбитые коленки.