– Ты злишься. Чувствуешь себя преданной. – Голос стал мягче. – Я понимаю.

– Ты СОЛГАЛ!

Голос сорвался на крике, эхо ударило по стенам, вернулось искажённым.

– Ты сказал, что отвезёшь меня в Пограничье!

– Я сказал, что помогу тебе дожить до седьмого дня. – Спокойно, методично – как объясняют ребёнку. – И помогу. Здесь ты в безопасности от Морфроста.

– В БЕЗОПАСНОСТИ?! – Руки взлетели, указывая на запертую дверь, на окна без замков. – Я В КЛЕТКЕ!

Дрожь пробежала по телу – от ярости, от бессилия. Я показала на платье, голос дрогнул, предательски сорвавшись:

– ТЫ РАЗДЕЛ МЕНЯ!

Его взгляд медленно скользнул вниз – по шее, ключицам, груди, талии, бёдрам. Не похотливо. Оценивающе. Как смотрят на картину или скульптуру.

– Красиво. – Просто констатировал факт. – Тебе идёт.

– КТО?!

Я шагнула вперёд, дрожа от ярости так сильно, что пол качнулся под ногами.

– Кто раздел меня, пока я была без сознания?!

– Служанка. Лютье. – Он назвал имя небрежно, как говорят о погоде. – Женщина из моего ближнего окружения. Опытная. Тактичная. Она позаботилась о тебе.

Пауза. Он наклонил голову, в зелёных глазах мелькнуло что-то похожее на насмешку.

– Думала, я сам? Нет, солнышко. У меня есть честь. Я не трогаю тех, кто не может дать согласие.

Он сделал шаг ближе. Тепло его тела ощутимо – контрастирующее с холодной стеной за спиной.

– Хотя ты выглядела… соблазнительно. – Голос стал ниже, бархатнее. – Но я подожду. До согласия.

Желудок свело от отвращения – физически, тошнота подкатила к горлу. Я схватила подушку с кровати и швырнула в него изо всех сил.

Он поймал её одной рукой, даже не дёрнувшись. Пёрья вылетели из разорванного шва, закружились в воздухе.

– Успокойся. – Теперь голос стал жёстче, властнее. – И выслушай меня.

– НЕ БУДУ!

Я попыталась обойти его, рвануть к выходу. Он перехватил – быстро, слишком быстро для человеческого глаза. Обнял за талию, развернул, прижал к стене всем телом.

Удар спиной о камень выбил воздух из лёгких. Его руки легли на стену по обе стороны от моей головы, блокируя. Тело прижато вплотную – я чувствовала каждый изгиб, каждую мышцу сквозь тонкую ткань. Тепло обжигало. Запах накрыл, не давая вдохнуть чистый воздух.

– Слушай. – Приказ. Лицо в нескольких сантиметрах от моего. – Внимательно слушай.

Дыхание тёплое, с ароматом мёда и чего-то пряного, коснулось щеки.

– У меня есть предложение. Выгодное для обеих сторон.

– Не интересно. – Я отвернула лицо, уперевшись щекой в холодный камень.

– Ещё как интересно. – Рука на талии сжалась – не больно, но ощутимо, напоминая о его силе.

– Без меня ты не доживёшь до седьмого дня. Морфрост найдёт тебя где угодно. Заберёт навсегда. – Голос стал убедительнее, мягче. – А я могу защитить.

Сердце забилось быстрее – предательски, против воли.

– За какую цену?

Он усмехнулся – я не видела, но почувствовала, как дрогнули его губы у моего виска.

– Умница.

Он отстранился, отпустив, но не отошёл – всё ещё слишком близко. Я вдохнула полной грудью, пытаясь унять дрожь.

– Цена простая.

Протянул руку – медленно, давая время увидеть движение. Провёл пальцем по метке на шее – по узору из инея. Прикосновение лёгкое, прохладное. Я вздрогнула, мурашки пробежали по коже.

– Ты носишь его метку. – Палец скользнул вниз, обводя узоры. – Связана с ним магией. С каждой ночью связь усиливается.

Пальцы опустились ниже, к ключице, прошлись по краю декольте платья.

– К седьмой ночи метки покроют всё тело. – Серьёзно, без насмешки. – И ты станешь его. Полностью. Навсегда. Твоя воля растворится. Останется только то, что он хочет видеть.

Убрал руку. Холод остался на коже – отпечаток его прикосновения.

– Но я могу разорвать эту связь.

Сердце ёкнуло, пропустив удар.

– Что?

Голос прозвучал слабее, чем хотелось – почти надеющимся.

– Могу разорвать метки Морфроста. Стереть. Освободить от его магии. – Он говорил медленно, давая каждому слову осесть. – У меня есть сила. И знания.

Надежда вспыхнула в груди – жаркая, болезненная, почти физическая. Дыхание участилось.

– Правда?

– Правда. – Кивок. – Но для этого мне нужно оставить свою метку. Свою магию. – Пауза, взгляд не отрывался от моих глаз. – Заменить его власть своей.

Надежда погасла мгновенно – как задутая свеча. Холод разлился по телу, потяжелели руки.

– Что это значит?

Шаг ближе. Рука снова на талии – уверенная, собственническая.

– Это значит, что ты станешь моей.

Слово повисло в воздухе, тяжёлое, окончательное. Моей.

Я покачала головой – сначала медленно, потом быстрее. Отступила, выскользнув из его хватки.

– Нет.

– Дослушай до конца. – Он не последовал, просто стоял, скрестив руки. – Я не такой, как Морфрост. Не буду ломать. Не буду мучить. Не буду унижать.

Голос стал мягче, почти задушевным.