Воспоминания о том, как я таяла в его объятиях среди книжных полок, заставили меня ощутить отголоски той самой волны жара, которую я испытала в тот день. Наверное, мне было сложно признаваться в этом самой себе, но я хотела повторения. Снова хотела целовать Игната, чувствовать его руки на своих плечах, талии, бедрах. Хотела, чтобы его губы касались моей груди не через ткань, а… Нет, хватит. 

Я отогнала непрошенные фантазии. Они и так атаковывали меня каждую ночь, заставляя испытывать почти болезненное желание. Мне приходилось вставать, пить воду и дышать свежим воздухом, чтобы прийти в себя.

– Может быть, это любовь с первого взгляда? – лукаво взглянула на меня подруга. 

– Такой любви не бывает.

– А вот и бывает!

– Фантазерка, – улыбнулась я и положила голову ей на плечо.

– Я реалистка, – буркнула она.

Стеша действительно верила в это – в то, что можно влюбиться с первого взгляда. Она вообще была романтичной и мечтательной натурой, которая видела в людях только хорошее и могла отыскать свет даже в самой глубокой тьме. Я ценила Стешу за умение видеть истину сквозь маски, которые носят люди. Сквозь фальшивые улыбки, пустые обещания и паутину лжи. А еще – за неиссякаемую фантазию. В ее кудрявой, каштаново-медной голове умещались десятки сюжетов. А в больших светло-зеленых глазах, скрытых за толстыми стеклами очков, скрывались отблески других миров. 

Почему-то я верила, что Стеша сможет стать настоящей писательницей, хотя сама она утверждала обратное, говоря, что у нее нет таланта. Талант у нее был, а вот чего не было, так это уверенности. Творческие люди часто ненавидят то, что создают, но при этом отчаянно нуждаются в поддержке, одобрении и любви.

– А какой он, Яр? Как выглядит? – жадно спросила Стеша.

– Высокий. Темноволосый. Темноглазый. Красивый, – улыбнулась я, задумчиво глядя в окно. 

– Как исчерпывающе, – фыркнула подруга. – Все красивые люди красивые люди красивы одинаково, а уроды страшны по-разному. 

Себя она почему-то считала уродкой – из-за невысокого роста, лишнего веса, круглого лица с россыпью веснушек и очков. Хотя на самом деле Стеша просто себя не любила и когда я пыталась побеседовать с ней на эту тему, отвечала: «Тебе легко говорить, ты красивая». Но я не была с ней согласна. Себя я красивой тоже не считала. Обычной – вот правильное слово.

Непримечательной.

Мне никогда не хотелось выделяться из толпы. Будто бы во мне до сих пор жил страх детства – чудовище заметит меня, стоит красиво накраситься или ярко одеться. Заметит и заберет обратно в ту самую квартиру, из которой когда-то сбежали мы с мамой. Я до сих пор боялась того, кто был моим отцом. 

– А особые приметы? – не отставала Стеша. – Татуировки, шрамы… Расскажи мне о нем побольше!

– Все, что я о нем знаю, его зовут Игнат, – ответила я. 

– Эх ты, даже номер не попросила, – вздохнула подруга. 

– Не сообразила. Да и он не стал просить, – нахмурилась я. – Не хочу навязываться.

– Навязываться, – хихикнула Стеша. – Да он, походу, поплыл, дорогая. Не знает, как к тебе лучше подъехать. Блин, мне так любопытно, Яр! Хочу его увидеть, героя твоего эротического сна!

– Ты можешь увидеть его прямо сейчас, – сказала я, вдруг заметив Игната в окне. 

Он шел по двору с несколькими парнями – высокими и стильно одетыми. Один был лучше другого – прямо как в популярных видео Тик-тока. Игнат шел на пол шага впереди остальных. Словно вожак, за которым ступает стая. 

– Где?! – воскликнула подруга, уставившись в окно.

– Темноволосый в кожаной куртке, – тихо ответила я, словно боясь, что Игнат услышит мои слова, хотя нас разделял добрый десяток метров и окно здания. 

– Который посредине?.. – каким-то странным голосом уточнила подруга. – В белой футболке?

– Да, это он, – прошептала я, чувствуя, что сердце снова начинает биться чаще, чем должно. 

Господи, мы завтра идем на настоящее свидание! Как бы дожить до встречи? И почему так безумно хочется оказаться рядом с ним и взять за руку – почувствовать сухую широкую ладонь в своих пальцах.

– Ты серьезно? – переспросила Стеша. На ее лице было написано недоверчивое изумление, словно она никак не могла поверить в услышанное. 

– В смысле – серьезно? – не поняла я, наблюдая, как компания заходит за угол административного здания. 

– Яр, это Игнат Елецкий, – тихо сказала Стеша, не отрывая взгляда от спин парней. – Игнат Елецкий, понимаешь?

Это прозвучало так, будто она говорила о каком-то демоне. 

– Нет, не понимаю, – покачала я головой.

– Яра! Это тот самый Елецкий, про которого все говорят! Ты с Луны упала или с Марса?! Сын Елецкого! Нашего местного олигарха! Наш ректор его родственник, между прочим! Именно поэтому, когда Игната отправили из Англии в Россию, оставили в нашем универе! Учится на факультете международных отношений. Его считают типа крутым, – в голосе Стеши послышалась усмешка. – Золотая молодежь, все дела.