— Хорошо, — отвернувшись, чтобы выражение лица ненароком не выдало моего облегчения, кивнул, — тогда вели слугам собирать вещи. Слишком много не бери, чтобы не растягивать караван слишком сильно. А я позабочусь об остальном.

Дженай, несколько растерянная, но, кажется, счастливая, поднялась с дивана, благодарно улыбнувшись.

— Дженай, — чувствуя, что не могу отпустить ее просто так, позвал княгиню, когда она была уже почти у дверей.

— Да? — княгиня обернулась, распахнув свои чистые, сверкающие глаза, от чего мое сердце пропустило удар.

— Погоди мгновение.

Подойдя ближе, с удивлением понимая, насколько хрупкая и миниатюрная особа моя супруга, я быстро нагнулся, воруя у нее поцелуй. Пока она не очнулась и не успела отстраниться. Но Дженай замерла, словно парализованная, не делая попыток сбежать.

Осадив себя, сдерживая рвущиеся наружу желания, я отступил, глядя, как пылают щеки супруги, как ярко горят ее глаза.

— И больше никаких зелий, — тихо, больше для того, чтобы как-то расшевелить жену и просто что-то сказать, произнес я.

— Ага, — совсем не по этикету отозвалась она, вскинув руку и касаясь в неверии собственных губ.

— Иди, — я едва сдерживал смех, рвущийся наружу, и с удовольствием провел бы еще немного времени в компании жены, но нужно было действовать, пока у меня есть преимущество. — Селик!

Дверь распахнулась, и слуга склонился в легком поклоне. Кажется, сегодня ему было много лучше, чем в день моего приезда. Жаль, что лечения не хватит надолго.

— Слушаю, мой князь.

— Проводи Владетельную в ее покои и поставь охрану. Кроме личных слуг ее запрещено беспокоить кому-либо. Даже Манен и Вати. А последнюю пришли ко мне. Немедленно. Сенаторы пусть немного подождут и обсудят вопросы между собой, чтобы у них было готовое решение к тому моменту, как я освобожусь. И адъютанта ко мне. Пелеха. Все.

Наблюдая за тем, как Дженай, плавно покачивая бедрами, покидает кабинет, я усмехнулся. Мне предстояла война в собственном дворце. Скрытая и тактически сложная. А это я умел лучше всего на свете.

**

Встреча с Измиром вызвала во мне такую бурю эмоций, что я, сосредоточившись на них, даже не заметила Вати, что пыталась меня поймать в коридоре. Просто отмахнувшись от слов назойливой ведьмы, которую призвали к стратегу, я все так же шла в свои комнаты, думая о произошедшем.

Выходило смешно, но несколько нелестно. Из всего, что произошло, можно было сделать только один вывод — мы два дурня, которые столько лет терпели то, что не нравилось и не подходило обоим, пока это не допекло окончательно.

Фыркнув, едва сдерживая смех, я совсем другим взглядом осмотрела собственные покои, в которые вернулась.

Да, это было немного сложно осознать, но выходило, что я сама, потакая давлению Вати и Манен, заперла себя здесь. Измиру глубоко плевать на те правила, что вдалбливали в меня. Он, кажется, не видел никакой пользы в присутствии нянек во дворце, только один вред. И узнай мы мнение друг друга раньше…

Я тихо рассмеялась, опускаясь на банкетку и стягивая тонкую вуаль, которой прикрывала лицо, пока шла по коридорам. Нелепость.

— Владетельная, вы в порядке? —  моя служанка нерешительно мялась у дверей, так и не зная, что предпринять и как себя вести. Ее жизнь менялась вместе с моей, и она пока не понимала, насколько сильно. Но видеть меня в таком странном, немного горьком настроении, ей еще не доводилось. Еще бы. Мы со Стратегом потратили столько лет на терпение, продиктованное уважением друг к другу, и ненужные правила, что было просто обидно.

— Да, все хорошо, — я встала, показывая, что хочу снять верхний кафтан, в котором, несмотря на сумерки, опускающиеся на город, становилось жарко. Избавившись от верхнего платья, почувствовав, что могу дышать гораздо свободнее, я чуть встряхнулась, собираясь с мыслями. Мне давали возможность передохнуть от зноя пустыни, и эти шансом следовало воспользоваться.

— Мы отправляемся в летний дворец, на побережье Громкого моря. Я, ты, девочки, — я кивнула своей охране, что как тень, постоянно присутствовала рядом. Глаза служанки расширились, выдавая высшую степень удивления. Ничего, милая. Ты не видела меня полчаса назад, когда я услыхала эту новость.

— Моя госпожа, но это же… Как?

— Владетельный повелел, — почти что пропела, чувствуя, как в груди поднимается и распускается как цветок, что-то светлое и радостное.

— Но как же жара? На улице лето, а до побережья не меньше месяца пути, — от удивления девушка стала куда говорливее, утратив привычную сдержанность. Меня это забавляло. Как и все, что произошло сегодня.

— Владетельный обещал открыть для нас магический тоннель, так что доберемся за несколько дней.

— А? Но…

— Не болтай, — чувствуя себя пьяной и парящей, весело приказала, двинувшись к спальне. Мне нужно было побыть немного с самой собой. Подумать. Понять.