– Что случилось? – прошипел эрависский князь, приближаясь с лошадью в поводу и очень вовремя разгоняя это странное наваждение.

– Ничего, – Раск подставил сложенные руки, чтобы я могла опереться на них носком сапога и забраться в седло, не запутавшись при этом в юбке. – Княжна готова. А вы?

– Мы тоже. А вы, господин наемник?

– Почти. Осталось, считай, последнее.

Прячась за низкой стеной конюшен, надежно прикрывавшей нас со стороны ворот и внутреннего двора, я с трудом сдерживала дрожь в руках. Причем сама не понимала, от чего меня колотит – то ли от нетерпения, то ли от азарта и предвкушения. Рядом так же нервно ерзали в седлах оба эрависца – магик, похоже, был напряжен даже больше моего. Он уже успел выплести заклинание невидимости, подвесил его, что называется, на пальцы, но пока не сбрасывал, оттягивая этот момент насколько возможно. Чем позже запустишь, тем дольше оно потом будет прикрывать нас когда действительно понадобится. Нас – это троих людей и четыре лошади. Ни Раску, ни собачке той защиты, увы, не достанется. Во-первых, слишком они уже далеко, я даже мысленно Ольгу больше не слышу, а во-вторых и в главных, не та у них сейчас задача. Им не прятаться нужно, а вовсе даже наоборот…

– Наконец-то! – выдохнул князь, а маг без лишних слов сбросил с рук заготовленное плетение, будто растворившее всю нашу компанию в воздухе. Для нас самих тоже – друг друга мы теперь не видели. И только потом, уже выплетая новый аркан, на этот раз совсем не сложный, подтвердил:

– Началось, да.

Впрочем, мог бы и не утруждаться.

От псарни, устроенной рядом с выходом из кухонь, и в самом деле донесся многоголосый вой и визг, вмиг затопивший гулкую чащу внутреннего двора – словно был при этом чем-то осязаемым, вроде воды. Я, больше не опасаясь оказаться замеченной, тронула лошадей, выводя их из-под защиты стены. Обеих: и ту, что подо мной, и ту, что была к ней привязана пока в седло не вернется наемник. Теперь происходящее за не слишком высокой оградой собачьего загона оказалось мне не только слышно, но и видно.

Нечто белое и бесформенное, похожее на взбесившийся меховой шар, металось сейчас среди своры гончих – лая до хрипа, кусаясь налево и направо и получая в ответ такой же дикий лай и такие же укусы. К счастью, большая часть зубов, пытавшихся в это самое нечто вцепиться, безнадежно застревала в густом мехе моего несчастного одеяла, поделенного между Ольгой и Раском по-справедливости – большая часть наемнику, меньшая – гончей. Впрочем, ей вполне хватило – замотанная в него и увязанная на манер колбасы, она теперь напоминала что угодно, кроме самой себя. Вернее, не что угодно, а…

– Оборотень! Во дворе оборотень! – дурниной взвыл кто-то, первым поминая эту полузабытую уже сказку. И тут же получил поддержку сразу чуть ли не десятка единомышленников:

– А-а-а…

– Оборотень!

– Фаолад! Здесь фаолад!!!

– А-а-а-а-а…

И теперь уже люди, воя почище собак, заметались перед входом в кухни – как раз там, где сейчас поили хозяйским пивом и где собралась, считай, вся челядь замка. Кто-то пытался удрать со двора и укрыться поглубже в здании, кто-то наоборот, рвался наружу – посмотреть. Пика эта свалка достигла, когда старая и не слишком надежная загородка собачьего загона рухнула, не выдержав напора мечущихся псов. Причем рухнула, судя по крикам, еще и задев кого-то. Рванувшая на волю собачья волна влилась в и без того паническое бурление, кусая с перепугу все, что попадется на пути, и добавляя происходящему новых красок.

А тут и маг закончил, наконец, плести свой аркан, «подковырнув» им, как и собирался, чары мэтра Искелана. Те самые, что ради праздника заставляли жилую часть замка переливаться на манер упавшего на землю кусочка северного сияния, и которые тот старательно плел больше суток, вложив в них весь свой опыт и массу сил. А сейчас в один момент все это взорвалось трескучим фейерверком, сыплющим во все стороны искры – не слишком заметные днем, но от того не менее кусачие.

Веселье во дворе обрело новые силы, став еще задорнее, хотя это и казалось невозможным. Присоединиться к нему бежала теперь и стража – со стен и от ворот, оглядываться на которые никто больше не думал.

Тут-то от входа в конюшни и метнулась еще одна светлая тень, неслышным лохматым облачком просочившись за спинами охраны и скрывшись в воротной башне.

Все. Теперь глазеть некогда. Нужно быть готовыми в любую секунду сорвать коней в галоп, проскочив злополучный мост до того, как тот начнет подниматься.

– Раск уже там! – на всякий случай предупредила я эрависцев.

– Вижу, – коротко откликнулась пустота рядом голосом князя.

А в следующую секунду раздался и долгожданный сигнал – несколько быстрых ударов чем-то тяжелым по металлическому, и тягучий, поначалу очень медленный звон пошедших в разгон цепей.