Как неудобно. Если бы не такие фокусы, наверное, было бы проще притвориться, что Аделия гостит у нас, а потом подготовить ее «отъезд» более тщательно и убедительно.

— Так, Дитрих, а во-вторых-то что? — вмешался Соломон.

— А во-вторых, надо придумать, куда спрятать Уэйна.

У меня всего два вопроса.

Почему надо прятать Уэйна?

И почему все — Дитрих, Двен и Соломон — смотрят на меня так выжидающе?!

— А зачем надо? — аккуратно спросила я.

— Затем, чтобы его не нашли, — выступил в роли Капитана Очевидности Соломон.

— Он... не очень ладит с Башней магии и следователями, — заметил Дитрих.

Судя по всему, «не очень» — огромнейшее преуменьшение, уж больно выразительно подавился кашлем Двен. И, поймав мой внимательный взгляд, стал с искренним интересом разглядывать Соломона, словно видел его впервые.

— И где его спрятать? Разве есть более надежное место, чем тот подвал? — удивилась я вполне искренне, за что получила пару снисходительных взглядов.

— Подвалы все проверяют первыми, — ответил Соломон. — А последними обычно проверяют, как думаешь, Кира, что?

— М-м-м, отхожее место? — предположила я.

— Это верно, но мы не можем поселить туда Уэйна, — сказал Дитрих. — То есть, конечно, можем, но не станем.

— Комната дамы проверяется последней, — сказал Двен, помогая мне с этой «угадайкой».

— Но моя комната сейчас разрушена, — заметила я.

— А моя — нет, — заметил Дитрих. — С учетом того, что ты сейчас там живешь, то она и твоя.

— Совместная? Ее тоже не проверяют? — не поняла я.

— Совместные проверяют, избегая вещей леди, однако кто будет знать, что эта комната не твоя? — улыбнулся Дитрих. — Ты ведь будешь там жить, когда сюда заявятся следователи. И Уэйн поживет там где-нибудь.

— В шкафу, например, — ответил котяра.

Я хлопнула глазами. Нет, я, конечно, все понимаю, но... у Дитриха особый фетиш — радоваться наличию других мужчин в спальне невесты? А если их нет, то еще и докладывать? В шкафы.

— Эм, а если...

— Если что — скажем, что твой любовник, — кивнул Соломон. — Эдвард уже знает, что он у тебя есть, так что версии совпадут.

— Но Уэйн и Двен слишком разные. Двен брюнет, а Уэйн выраженный блондин.

— Не проблема. Там, где есть один любовник, место и второму найдется. Разумеется, это лишь версия для следователей и Бронстедов, я искренне надеюсь, что вы не будете перебиваться случайными подарками невысокого качества, когда вас ждет один большой и исключительный подарок.

— Вы хотите сказать, что вы отправите в мою комнату бракованный подарок? — не выдержала я.

— Вовсе нет, подарок хорош, просто он не для тебя, — мягко заметил Дитрих.

Я вздернула брови и, чуть ухмыльнувшись, спросила:

— Неужели жалко?

— Мне жалко тебя. Ты ведь выберешь не самый лучший и не самый подходящий, — заметил Дитрих.

— Но подарок все еще хорош? — продолжала настаивать я и, получив от Дитриха кивок, заметила: — Тогда если один подарок великолепен, а второй — хорош, зачем мне выбирать? Неужели я не могу забрать сразу два? Эх, мужская жадность разочаровывает.

Дитрих закашлялся, его улыбка потускнела. Ничего, ничего, в следующий раз поостережешься в мои шкафы запихивать потенциальных любовников. Вдруг не удержусь и воспользуюсь шансом.

— Дитрих, тебе серьезно жалко Кире двух подарков? — спросил Соломон, глядя на своего хозяина с удивлением, к которому, кажется, прибавилась еще небольшая доля отвращения. — Ты же никогда не жадничал с любовницами, а тут твоя невеста и, смею надеяться, будущая супруга! Более того, возможно, что и не временная!

— Эм, Соломон, мы тут про другие подарочки, — начал Дитрих, но его перебил Двен:

— Госпожа Кира, если вам не хватает каких-то подарков, если Дитрих отказывается что-то дарить, то, пожалуйста, обращайтесь ко мне. Мужчины этого мира не жалеют средств для своих дам. А так как вы дама моего господина, то я сделаю все, чтобы вы не испытывали ни малейших лишений.

— Двен, — простонал Дитрих.

— Что Двен? — заворчал Соломон. — Двен ведет себя как мужчина! И я тоже могу. Только ты тут жадничаешь.

— Я не хочу вам объяснять эту шутку, — процедил Дитрих.

— И не объясняй, — фыркнул Соломон. — С жадными мужчинами вообще не хочется разговаривать. Пожалел два подарка! И кто! Ты! Да у тебя такое состояние, что ты, твоя семья, твои племянники, дети, правнуки и праправнуки не смогут его потратить, если не начнут усердно все разом играть в азартные игры и делать ставки на бои саламандр, постоянно проигрывая!

— Это не те подарки, которые можно купить, — вздохнул Дитрих. — Мы говорим о мужской чести. Я не думаю, что Кире нужна и моя, и Уэйна одновременно.

Соломон завис. Двен тихонечко встал, положив Соломона на свое место, и сказал:

— Мне надо выйти.