— Выш, это ребенок, — к совести лепрекона взывать бесполезно, но я каждый раз пыталась. — Потерявший мать и с вечно занятым папашей. К тому же если он передаст герцогу, что именно ты устроил в его комнате, то тот не станет церемониться. 

Вышеслав забрался на небольшой письменный стол-трюмо — так, что башмаки болтались довольно далеко от пола. Его непременно привлекали поверхности, возвышавшиеся над стульями и креслами. 

— Не надо из здорового столетнего демоненка делать размазню. Он провернул отличный фокус. Облил Вышеслава Велерека Громадину при помощи отвлекающего заклинания — то есть как минимум достоин уважения и ответных военных действий. И он их получит.

В это время откуда-то снизу раздался длинный вопль. И, по-моему, он не мог принадлежать мальчику

— Либо форточка, либо дверная ручка. И, наверное, один из лакеев, — задумчиво выдал Выш. — Не переживайте, госпожа. Я отобью у маленького ловкача интерес ко всей этой ерунде. Он у меня займется чем-то более серьезным, в соответствии с возрастом. 

Мне стало любопытно. Он хотел брать с Френсиса плату за безопасное нахождение в комнате или же намерен его воспитывать? Несмотря на отсутствующие манеры и лепреконские замашки, мой Выш часто вел себя, как курица-наседка. 

Через открытое окно услышала шаги по насыпной дорожке, осторожно выглянула и поймала взглядом широкую спину. Конвей садился в экипаж и уже успел переодеться. Он сменил длинный сюртук цвета темной ежевики на более строгий, черно-оливковый.

Не сомневаюсь, что герцог — один из главных законодателей столичной моды. Он смело отказался от черного экипажа и ездил в махагоновом, из породы дерева с красным оттенком. 

Я отпрянула раньше, чем Сноу, самостоятельно закрывая дверную створку, поднял глаза к окнам моей комнаты. Не удивлюсь, если он уловил мой взгляд даже спиной; от этого чувство беспомощности вернулось с новой силой. 

— Мда, разве подумаешь на такого франта, что он демон? — поддакнул Выш, уловив перемену настроения. — Хотя, может, владыку копирует. Тот, говорят, предпочитал не демонстрировать силу, маскировал ее под элегантность.

Мне почему-то оказалась неприятна мысль, что Сноу притворялся. И я едва удержалась, чтобы не выступить в его защиту.

— Да бросьте вы так переживать, госпожа, — не унимался лепрекон. — Но я бы на вашем месте сказал ему правду. Что вы не просто девушка-наемница, на которую набросился высший демон… Я бы показал метку призыва пары и объяснил, как было. Что высший похитил и тут же напал… И вы с тех пор одна-одинешенька, без памяти, без надежды. Он же известный борец за права попаданок. Глядишь, переубивают друг друга, а вы получите свободу. 

В доме Сноу это звучало еще хуже, чем если бы мы обсуждали подобное в «Лепестках». 

— Выш, ты же знаешь, что одно дело запретить ритуал на своей земле, а другое —мешать верховному демону продолжить род. Конвей не имеет на это права. Если решится, его мальчик останется сиротой. Да и зачем ему это? Он на месте, приносит пользу, а такая самоубийственная схватка ничего не даст. 

Я старалась говорить ровно. До сих пор не привыкла к мысли, что для меня скорее всего все кончено. «Моего» демона будут искать и, вероятно, найдут. С тем же успехом я могла бы отправиться в госпиталь и ждать своей участи там. 

Шрам, который оказался клеймом, перечеркнул мне все. Сбежать из Бездны невозможно. И на что я рассчитывала до этого? В контракте указан совершенно случайный мир — и если меня выкинет туда по его завершению, то не факт, что я там выживу.

— Вы опять побледнели. Давайте пока побудете здесь, а я проведу полную разведку. Кстати, лорд, если верить расписанию, которое ведет Перес, отправился в управу. Оттуда на заседание городского совета, а вечером — к госпоже Элоизе Стефан, любовнице, которую он посещает раз в три дня. Соотвественно, к остальным…

— Достаточно, Выш. Любой демон назовет это не распутством, а разумной мерой, призванной защитить всех остальных женщин. А то, что их три, — так это чтобы не уставали. В конце концов у него же не гарем… Прости, но меня уже тошнит от нашего мэра. Его как-то чересчур много в последни два дня.

Я надеялась, что Конвея сегодня больше не увижу. Будет очень удобно, если он проводит у своих дам еще ночь и утро.

***************

Друзья, история недавно стартовала, а мы уже неплохо изучили вот этого персонажа:

Глава 14.

Лепрекон вышел, громко насвистывая веселую песенку про похороны мясника. Там говорилось о ссоре дождевых червей, недождевых червей, бродячих псов и трех наследников покойного. Здешний юмор для меня по-прежнему загадка, зато Выш со своей задачей справился блестяще.

Умудрился-таки возродить мой боевой дух, вчера обращенный мэром в прах и развеянный по ветру. Я уселась за столик и перебирала перчатки из кожи лея, которыми снабдил меня Конвей. При этом старалась думать не о его щедрости, а о своем везении.