Пугало провело пальцами по моим бедрам и по изгибам задницы. Я дернулась, когда его руки коснулись самых болезненных мест, но он впился пальцами в мою плоть, удерживая меня на месте. Когда его палец скользнул мне между ног и погладил, я застонала, опустошенная тем, что обнаружила, что возбудилась и жажду его прикосновений.

Он что-то промурлыкал, и его очевидное удовольствие захлестнуло меня, наполнив пьянящими эмоциями, которые я не могла определить. Почему я так стремилась угодить этому чудовищу?

Пугало встало у меня за спиной и прижалось ко мне, обхватив руками мою грудь спереди. Я застонала. От жара его тела кожа на моей спине и заднице загорелась, а его пальцы на моих сосках послали волны жгучего желания прямо к моей горячей и ноющей сердцевине.

Его ласки усилились, когда он не сжал мои груди с такой силой, что стало больно. Когда я вскрикнула, пугало схватило меня за соски, грубо скручивая их между пальцами, оттягивая и позволяя им отскакивать.

Я захныкала и замотала головой, сопротивляясь и пытаясь вырваться из его объятий, но деваться было некуда. Между путами и его телом, прижатым ко мне, я оказалась в ловушке, пока он терзал мою грудь. Желание перетекло прямо от моих сосков к клитору, и я прокляла предательство своего тела.

— Ты такая классная шлюшка, когда я делаю тебе больно, — пробормотал он мне на ухо, пока я скулила и постанывала, теснее прижимаясь к нему попкой, ища трения, удовлетворения, чего угодно, лишь бы ослабить острую потребность, которую он во мне вызвал.

Одна его рука скользнула вниз по моему животу, чтобы погладить мягкие завитки на вершине бедер, прежде чем погрузиться в мои складочки и обхватить клитор. Из моего горла вырвался ответный стон, бессмысленный и хриплый.

— Боде, пожалуйста.

— Бога здесь нет, шлюха. Только я. — он убрал руку и попятился, не обращая внимания на мой тихий протестующий стон. Холодный твердый край чего-то скользнул по моей спине, усиливая жжение от предыдущих ударов. Я вздрогнула, по спине пополз страх. Когда этот предмет вонзился в верхний слой моей кожи, пронзив острой болью, я закричала.

Пугало застонало, затем опустило голову к моему телу и слизнуло кровь, стекавшую по моему боку. Он повторил то же самое с другой стороны, оставив неглубокий порез на моих ребрах, а я застыла, слишком оцепенев от ужаса, чтобы пошевелиться, пытаясь избежать его клинка.

Его горячий язык скользил по моему боку и спине. Он провел лезвием по моему позвоночнику, не повредив кожу, оставляя после себя воздушные поцелуи, от которых пробежала дрожь, пока я старалась оставаться совершенно неподвижной под жаром его ласк и ледяным ужасом от его хирургических разрезов.

Монстр провел ножом вниз по моей руке, затем вверх по животу. Он провел им под каждой из моих грудей, приподнимая их плоской стороной лезвия, затем обводя острием каждый сосок. Я приподнялась на цыпочки, пытаясь избежать его невыносимых пыток, боясь, что лезвие соскользнет и порежет меня снова.

Я старалась не давать своей груди вздыматься, а сердцу выпрыгивать из груди. Мое дыхание стало прерывистым и отчаянным. Из глаза выкатилась слеза.

— Прошу, не делай мне больно, — взмолилась я.

Пугало провело острой стороной лезвия по моей груди.

— Я не даю обещаний, которые не могу сдержать.

Глава 7

Я ахнула, когда лезвие пугала рассекло мягкую часть моей груди. Я опустила глаза, чтобы увидеть, как кровь стекает по моей коже, и мучительная боль сменилась эйфорией, когда пугало сделало серию параллельных надрезов, а затем склонило голову набок, чтобы полакомиться жидкостью, играя с моим соском.

Волна пьянящего удовольствия прокатилась по моему телу. Я посмотрела на его лоскутную головку и застонала, когда он взял в рот упругую вершинку моей груди, посасывая, пока его щеки не втянулись, а затем с чмоканьем ее выпустил. Разряд удовольствия ударил прямо в мой клитор, когда монстр посасывал и целовал меня.

А я могла лишь хныкать, пока он делал крошечные, аккуратные надрезы по всему моему телу, позволяя мне истекать кровью, а затем слизывал темно-красные капельки, которые сочились из моих ран, пока я не воспарила на облаке блаженства, и с каждым надрезом меня кружило все выше и выше.

Я застонала. Тихий и распутный звук эхом прокатился по темной спальне, мой ужас растаял, уступив место пьянящему удовлетворению.

— Ну вот, она готова, — прошептало пугало. Монстр освободил мои руки от наручников, нежно поглаживая, чтобы восстановить кровообращение в запястьях, прежде чем наклониться и освободить лодыжки. Я позволила ему манипулировать моим телом, как куклой.

Я была не в состоянии связно мыслить, совершенно ошеломленная изысканным коктейлем из боли и удовольствия. Когда пугало завязало мне глаза, обернув их шелковой тканью, легкая дрожь страха пригрозила разрушить мою эйфорию. Его нежные поцелуи в плечи успокоили меня, унимая ужас.

Позади меня дверь со скрипом отворилась. Я услышала, как в комнату вошли другие монстры… тяжелые, глухие шаги бугимена, легкие постукивающие скелета и шаркающие человека-волка. Нежные руки подняли меня с кровати, и теплое тело скользнуло передо мной, просунув свои толстые бедра между моими.