Я не хотела их убивать. И не потому, что не могла. Наоборот, уничтожить их было  проще простого. Я в разы сильнее, мне достаточно просто не сдерживаться. Один шторм и от четвёрки Джаренни останутся лишь обугленные безголовые тела.

Но стоило подумать об этом, как сразу становилось дурно. 

– Я не могу, – покачала головой. – В этой победе не будет чести. А я… не хочу уподобиться им. Клянусь, я найду другой вариант…

– Рейвен, вспомните, в какой академии вы обучаетесь? – Вэй Шу неожиданно улыбнулся.

– Аметист. Высшая академия дипломатических искусств, – растерянно ответила.

– Вы помните, что высечено на первой ступени главного корпуса?

– Вся жизнь - дипломатия и война в ней последний аргумент, – процитировала девиз академии.

– Когда слова теряют цену - проливается кровь. И там, где маги перестают слышать друг друга, раздаётся лишь звон клинков, – продолжил лис. – Но некоторые переговоры обречены изначально. Говорить с подлецами на языке чести так же бессмысленно, как призывать снегопад в пустыне. Но я рад, что не ошибся в вас. Убивать их опасно, вы рискуете впустить в свою душу гниль и навлечь беду на академию.

– Тогда что вы предлагаете?

– Проявить милосердие, которое будет для них хуже смерти. 

– Я не понимаю…

– Вы же менталист, адептка Вэйс. И не раз сталкивались с ожившими кошмарами. Неужели вам не хватит фантазии сделать так, чтобы их мучения были вечными? Тем более, в вашем доме находится пострадавшая, которая может отдать свою боль и страх.

ГЛАВА 4.3

Вот, значит, что он предлагает…

Страх - сильнейшая цепь и вечная ловушка, он может удержать кого угодно. Нужно лишь выбрать правильный крючок. Только всякий раз, думая об этом, я сомневалась, смогу ли создать подходящую ловушку? 

–  Догадываюсь, о чём вы думаете, – усмехнулся Вэй Шу. – Вы сомневаетесь в своих способностях, а зря. Как правило, такие твари достаточно пугливы. Редкий мучитель готов сам вытерпеть боль. Эти адепты просто мрази, считавшие себя высшей кастой. Вам не составит труда уничтожить их как морально, так и физически.

– Мне нравится эта идея! – решительно заявила сестра.

– Мне тоже, – робко добавила мама. – Я рада, что господин ректор поднял эту тему и позволил нам остаться. Мне бы не хотелось, чтобы ты замарала руки убийством. Пусть они и преступники, но лишать их жизни должна не ты. Зато такой суд - идеален.

– Я тоже за наказание кошмарами, – ответил Дамир, – но последнее слово за тобой, Рейвен.

– Нет, последнее слово за Хель, – возразила, подняв взгляд на влетевшую в комнату птицу.

Она спикировала на диван между мной и Дамиром мысленно приветствуя ректора.

А после я кратко пересказала ей разговор с Вэй Шу.

С каждым словом она всё сильнее опускала голову, словно хотела исчезнуть. Я чувствовала её сомнения и страх, птица боялась мести. 

– Я не хочу, чтобы из-за меня у вас были проблемы, – наконец ответила она. – Вы говорите о законе, но морфалы никому не нужны. Мы не представляем ценности для империи, нам нечего предложить владыке и нечем заплатить за свои права. Если вы будет мстить за меня, накличете беду…

– Хель, я был на вашем месте. Пережил Чёрную охоту на лис и доказал свою ценность, – отрезал Вэй Шу. – Мне подарили земли и титул, от которого я отказался. Я занимаю должность, о которой мечтают даже потомственные аристократы. Но когда-то я был всего-лишь ничтожным морфалом. Бракованным, не способным к полноценному обороту, как и вы. К тому же, с нулевой чувствительностью к мане. 

– Вы…

– Отбраковка, – сухо ответил ректор. – И я прекрасно знаю, что без упорства и ежедневных тренировок врождённый гений не стоит медного гроша. Любые способности можно загубить. Только тот, кто не сдаётся, даже испытав сотню поражений, может оказаться на вершине.

– Хель, ты должна бороться! – воскликнула сестра. – И сейчас речь не только о тебе! Подумай, в каком положении окажется Рейвен, если ты отступишь?

– Я не… – морфала осеклась и вновь опустила голову. Её крылья нервно подрагивали. – Я хочу отомстить, а ещё больше хочу поблагодарить вас…

– Ты говорила о ценности, – мягко перебила её. – Но ты уже доказала её, когда спасла нас и помогла найти Расколы в Килграхе.

– Расколы? – насторожился ректор.

– Это долгая история, и я не могу разглашать подробности без разрешения отца, – ответила я. – Но если кратко, Хель помогала патрулировать территорию и нашла нераскрывшиеся расколы. Благодаря этому их ликвидировали до прорыва. Полковник Рэми и Жнецы смерти уже заинтересовались перспективой использования летучих морфалов в разведцелях.

– Это… интересный вариант, – задумчиво протянул лис. – Нужно обдумать его.

– Если позволите, я бы вернулась к теме дуэли, – продолжила я. – Вы говорили о кошмарах. Могу ли я использовать и ваши воспоминания об охоте, чтобы создать идеальную ловушку разума?