Я, как обычно, не услышала ни его шагов, ни шелеста кимоно, ни всполохов эмоций. Абсолютный штиль и эмпатическая безмятежность. Мастерство контроля, которое совершенствовалось тысячелетиями и помогло ему пережить Чёрную охоту.

Лиса, постигшего эту магическую тишину, невозможно обнаружить ни одним плетением. Она стала его частью и следовала за хозяином словно тень.

– Ваша светлость, – ректор поклонился матушке, – Мастер Лаорра. Леди Рейвен, леди Эстель.

Когда ректор приветствовал меня, его губы тронула едва уловимая улыбка.

Значит отчёты о случившемся он уже изучил и весьма тщательно. Я действительно хорошо проявила себя, мне было чем гордиться. Хотя ошибок тоже насчитала немало. И чем дольше анализировала произошедшее, тем больше находила вещей, над которыми стоило поработать. Особенно перед дуэлью Чести.

– Фергис, передайте Хель, что я прошу её присоединиться к разговору, – обратилась к дворецкому.

Морфала сбежала, едва поздоровавшись с мамой и сестрой. Они хорошо ладили, особенно, она сблизилась с Эстель. И всё же сейчас она посчитала себя лишней.

Жаль. Я всегда была рада её обществу, но давить не стала. Понимала, что ей тяжело. Она слишком долго избегала людей и общества других оборотней, поэтому не могла долго выносить чужую компанию.

Закончив с приветствиями, мама предложила ректору чаю, обменялась несколькими фразами и собралась уходить. Но Вэй Шу неожиданно возразил.

– Мне жаль, если задерживаю, но я бы хотел, чтобы родственники адептки Вэйс также присутствовали при этом разговоре, – Лис отставил чашку и посмотрел мне в глаза.

Выдержать его взгляд было очень трудно. Я не чувствовала враждебности, но магия оборотня была особенной. Она не просто давила, а казалось, просачивалась под мои щиты ледяным туманом.

– Господин ректор, вы нас пугаете, – мама натянуто улыбнулась.

– Бояться точно не имеет смысла, – ответил он. – Вам предстоит обдумать мои слова сейчас и после, когда я оставлю вас. Речь пойдёт о сражении Чести.

– Я не отменю его, даже если об том попросите вы, – ответила на опережение.

– И в мыслях не было, но позвольте уточнить, понимаете ли вы, что на самом деле стоит на кону? И какое наказание вы считаете достойным для тех, кто пошёл против чести и использовал Силу не для защиты слабого, а чтобы возвыситься над ним и насладиться чужой болью?

ВИЗУАЛ ВЭЙ ШУ

Дорогие читатели, прикрепляю визуал ректора)) Как вам такой вариант?))

ГЛАВА 4.2

Повисла тишина. Вопрос ректора застал врасплох. Думала ли я о подходящем наказании для этих подонков? Да, и не раз. Иногда мне казалось, что я придумала достойный вариант, но после вновь сомневалась.

Я переживала, что едва встав на ноги после боя, они решат вновь сорвать зло за пережитое унижение на другом беззащитном морфале.

Если бы я могла перенести сражение и отомстить им уже после того, как мы найдём способ защитить низших оборотней...

– Вижу ваши сомнения, адептка Вэйс, – продолжил Вэй Шу, – вам кажется, что любое наказание будет недостаточным и может спровоцировать их на новую низость?

Я молча кивнула.

– Тогда ответьте, готовы ли вы убить этих адептов?

Мама охнула, а сестра чуть не выронила чашку и во все глаза уставилась на Лиса. Я, признаться, тоже оторопела. Только Дамир сохранял невозмутимость, словно ждал этого вопроса.

– Вы… сейчас серьёзно? – уточнила.

– Абсолютно. Семья Джакони настояла на сражении без правил. Это означает, что они выйдут на арену с намерением уничтожить вас. Вы готовы ответить тем же?

Я задумалась. В Килграхе я впервые убила живое существо. Не кошмарника или другую тварь Изнанки, а орка. Я до сих пор помнила, как моя магия вышла из берегов во время ментального шторма и сколько врагов тогда полегло.

Мне не было их жаль, и я не сомневалась в том, что поступила правильно. 

Но адепты…

– Я не могу, – покачала головой, – их должны судить, и не мне решать…

– Именно вам, Вэйс, – отрезал Лис. – В этом суть дуэли чести. Арена выберет своего победителя и он станет судьей проигравшему. Вам выносить приговор и решать, насколько жестким он будет.

– Господин Вэй Шу, вы хотите, чтобы моя дочь убила этих адептов? – в ужасе прошептала мама.

– Этого я не говорил. 

– Но ваши слова…

– Я лишь хочу понять, осознаёт ли ваша дочь всю глубину проблемы и риск. Адепты Рубина идут убивать. Пусть они младше и у них нет опыта, но на их стороне численный перевес и шальная Сила. Они сразу будут бить на поражение и жесткость намерений придаст их плетениям особую мощь. Если Рейвен на арене начнёт колебаться - она погибнет. Ей нужно решить до боя, как далеко она готова зайти, чтобы выстоять и не потерять при этом себя.

Глаза Лиса смотрели прямо в душу, а слова вспарывали мои щиты, пробираясь под кожу и заставляя чувствовать себя слабой и уязвимой.