В комнате было девять коек помимо моей — и иногда я не успевала даже познакомиться с соседями, так быстро они менялись. Здесь бывали и мамы с детьми, как я, и пьянчуги, и люди без ног, и старики.

Стоило ли говорить, что мамы с младенцами были самыми нелюбимыми для всех соседями? Так что в комнате меня, мягко говоря, не жаловали.

Подойдя к койке, стоящей у стены, я взяла сына на руки и уткнулась носом в сладко пахнущую макушку.  

— Алиса! — обрадовался Марк. — Смотри-ка, чему мы научились! Кори, покажи маме. Давай, положи его на кровать.

Марк жил здесь уже месяц. Ему было за семьдесят, но Марк по-прежнему был крепким и сильным мужчиной, выглядел он минимум на десять лет моложе своего возраста. Он оказался без дома, когда попытался продать свой, чтобы переехать поближе к детям, но его обманули, украли деньги. Так и попал в приют, ожидая, пока дети откликнутся на просьбу о помощи, пришлют денег или приедут сами, — но те все никак не писали. Марк не отчаивался, а я изо всех сил вместе с ним каждый день вот уже два месяца ждала письма.

Мы с ним подружились — настолько, что со временем  я даже смогла доверить ему Кори.

— Как вы тут без меня? — спросила я и обеспокоенно нахмурилась.

Кори был горячим и недовольно возился у меня в руках. Заболел? Голоден? Неужели зубки режутся? Или опять болит животик?  

— Отлично! Эй, здоровяк, покажи-ка маме, как умеешь? Не поверишь, перевернулся, пока тебя не было!

— Правда? — Я посмотрела в голубые глаза сынишки и боднула его лбом. — Какой ты умница! Голодный, наверное? Давай поищем еду…

Как я и думала, молока у меня в нужный момент не появилось. Придется снова греть воду для смеси.

Поев, Кори не успокоился, захныкал, его лобик стал совсем горячим, — точно зубки. Кажется, меня снова ждет бессонная ночь. 

— Еще немного — и я удавлю это отродье подушкой, — проворчал мужчина с другого конца комнаты. — Когда он уже заткнется? 

Я вздрогнула и прищурилась. Только попробуй. Только подойди. Нож под подушкой я не просто так храню — и однажды мне уже пришлось пустить его в ход.

С тех пор меня не трогали и прозвали в приюте “Бешеной”. 

“Так им и надо, — поддержал Марк. — В тебе, девочка, сил на десятерых — не позволяй им себя обижать. И здоровяка твоего. Они ногтя вашего не стоят!”

— А я тебе помогу, — ответил второй. — Сил никаких нет! Старая выдра, — так между собой называли строгую миссис Морис, — обещала ее еще неделю назад выгнать — за то, что не платит. 

— Она еще и не платит?!

Я сжала зубы и погладила Кори по голове.

Ничего, завтра я снова пойду искать работу. И в агентство семьи Бердс я наведаюсь. У моего сына будет достойная жизнь. Чего бы мне это ни стоило.

— А сил хватит? — раздался спокойный прохладный голос со стороны двери. — Удавить. Это, знаешь, не так просто. На это нужна сила. 

— Что вы…

— Заткнись.

Голос звучал негромко, но моментально заполнил собой всю комнату. Кориан шагнул внутрь, комната, и так небольшая, моментально стала казаться крохотной.

Одетый с иголочки дракон, в форме Первого советника, сияющей золотыми эполетами и режущей глаз стрелками на темно-синих брюках, смотрелся странно и нелепо в убогой комнате приюта, населенной одиннадцатью людьми.

Подойдя к моей койке, Кориан прищурился. За его спиной маячил бледный мистер Бердс.

А этот здесь что забыл?

— Значит, вот где ты живешь, — медленно уронил Кориан. — Ну и как, стоило оно того?

Он опустил взгляд и уставился на сына, который возился у меня в руках и недовольно  болезненно хныкал. Я погладила его по голове, но Кори уже не так-то просто было успокоить. Зубки и колики — иногда это то, что нужно просто перетерпеть. 

— Это не твое дело, Кориан, — ответила я. — И — да. Оно того стоило. 

Я о многом жалела в своей жизни — например, о глупой беззаветной влюбленности в дракона и надежде на то, что однажды он тоже меня полюбит. 

Но я точно не жалела о разводе с мужем, который ни капли меня не любил.

Кориан шагнул ближе — и я инстинктивно закрыла головку Кори рукой, чтобы защитить.

Глава 5

Я ожидала чего угодно, даже удара, — но ничего не происходило. 

Аккуратно открыв глаза, я огляделась. Кориан замер напротив моей койки. Мне бы пришлось задрать голову, если бы я захотела посмотреть ему в лицо.

Не то чтобы я хотела. 

Кори захныкал, завозился у меня в руках, обжигающе горячий и недовольный. Конечно, ему бы поспать. И поесть… И вообще. 

— Ты что-то хотел, Кориан? — ровным голосом спросила я.

Мистер Бердс, судя по его лицу, готов был вот-вот хлопнуться в обморок. Конечно. Какая-то оборванка вдруг называет самого Первого советника Амбера по имени — неслыханная наглость.

Когда-то мне самой было сложно привыкнуть.

“Первый Советник…”

“Зови меня Кориан. Раз уж мы собираемся пожениться, вот уж угораздило. Идем”.