Хоть я и не планировала сказать ничего такого, прозвучало весьма двусмысленно. Судя по всему, Эмме тоже так показалось, потому что она гневно засопела.

— Лучше сделать так, — пожала плечами я.

— А то что?

— А то я могу начать злиться.

Элла прыснула со смеху и довольно театрально согнулась, сложив руки на животе. Слишком старалась показать, какими нелепыми находит мои слова.

Я закатила глаза, и Эмма раздраженно ткнула мне пальцем в плечо.

К сожалению, демонстрировать магию без разрешения мне пока запрещалось. Только теперь я начала хорошо понимать — почему. Не хватало, чтобы такие вот адепты узнали, что я, возможно, обладаю чем-то особенным. А от тех — и их родители, что еще хуже. Кто бы ни решил, что я должна оказаться здесь, кто бы ни составил тот приказ с запретами, который я подписала, он совершенно точно знал, что делал.

Сейчас, стоя спиной к стене, я испытывала к нему безграничную благодарность. И так же ясно понимала, что мне нельзя поддаваться негативным эмоциям. Нельзя, пока я не научилась контролировать то, что происходило внутри меня, когда чувства захлестывали по-настоящему.

Я попыталась найти успокоение в чем-то знакомом. Рука, словно не моя, дернулась вверх и добралась до груди, но я быстро опустила ее.

Глаза Эллы хитро сузились. Резким, почти невидимым движением она метнулась вперед и сорвала с моей шеи медальон. Цепочка обожгла кожу.

— Отдай! — взвизгнула я.

Контроль полетел к демонам — теперь мне было отнюдь не скучно.

— Что это у нас тут? — ехидно поинтересовалась Элла, держа перед собой цепочку.

Эмма не давала мне пройти, снова вцепившись в плечо острыми жесткими пальцами. Слишком много сил для такой стройной фигуры, они явно использовали какое-то заклинание, которое я даже не знала.

— Отдай, — потребовала я. Злость подступала к горлу.

— Смотри-ка, — радовалась Элла, — какие глаза. Да у нее не только волосы синие!

— Си-и-иние, — протянула Эмма. — А пахнет огнем. Не только простолюдинка, но и уродина. От кого надо суметь родиться, чтобы даже собственная стихия не перевесила и не скрыла брак?!

— Вот как такие убожества попадают в нашу Академию?

— Милочка, какой дракончик позабавился с твоей мамашей?

— Постыдился дать свою фамилию, а?

— Сбежал после одного раза и долго пытался утопить воспоминания в жемчужном вине.

— Да он, похоже, там и не один был. Что, бабка тоже постаралась?

— А ты прибежала продолжать семейную традицию? Давай я тебя огорчу. На такую никто не посмотрит, даже если ты останешься последней девкой в Империи.

— Упс, как обидно!

Терпение лопнуло. Я дернулась и попыталась выхватить медальон. Элла увернулась и швырнула его в стену.

На пол посыпался град осколков.

— Ну уж нет, — прошипела она. — Пусть все видят твою красоту. Будем считать, что ты понесла наказание.

Я подняла ладони перед собой. Пальцы горели. Я знала, что могу сделать. Что хочу сделать. Всего одно короткое резкое движение…

Что-то невидимое толкнуло меня в бок, я не удержалась на ногах и шлепнулась на пол, едва успев подставить руки.

— Брысь! — рявкнула Миранда.

Она приближалась медленно и степенно, с высоко поднятой головой, но глаза горели алым даже сквозь все ее артефакты.

Настоящий демон.

Близняшек как сдуло, только звук захлопнувшейся двери кафетерия эхом прошелся по коридору.

В отличие от них Миранда никогда не изменяла себе, поэтому на обратном пути я успела услышать очень много вариантов совмещения несчастного темного бога Шатти и чьих-то облезлых задниц. Миранда возмущалась так громко, что все встречные косились на нас, но встрять никто так и не посмел.

Она буквально затащила меня в комнату, остановилась в центре, приставила руки к бокам и воскликнула:

— Какого Шатти ты забыла в крыле драконов?!

Я не нашла ответа — только беспомощно гладила обеими руками шею. Теперь мне было наплевать на то, как я выгляжу. На то, что обо мне подумают. Я лишилась кусочка дома. Самого дорогого — маминой защиты. Невидимой, нематериальной, но все равно настоящей.

— Говорила я тебе — не сдавай его так просто, — пробурчала Миранда и горестно вздохнула.

Глава 22. Осколки судеб

— Ты не явилась на вторую пару, тебя искали в комнате и помешали мне прогуливать, — предъявила мне претензии Миранда.

Я бы засмеялась, не будь так расстроена: праведный гнев так и переполнял Миранду, вот-вот из ушей пар пойдет.

— Действительно, непростительная оплошность с моей стороны, как я только могла, — наигранно посочувствовала я ей.

— Ладно, теперь уже можно вообще не ходить. Хоть какая-то польза от этих жаб. Но ты прямо полную руку козырей собрала. Могла бы познакомиться хоть с кем-то поприятнее.