— Это решать не ему. Теперь тебе лучше?

— Да, пожалуй, лучше. — Я шмыгнула и на всякий случай добавила: — Для начала.

Калеб засмеялся мне в макушку. Поднялся, а потом подхватил на руки. Так быстро и легко, я не успела ни испугаться, ни протестующе взвизгнуть. Только покрепче обняла его за шею. Старалась прочувствовать, прожить этот момент, эти объятия так, словно они могли стать последними. Наверное, сейчас я впервые готова была признать, что он мне не просто нравился. Я испытывала к нему нечто гораздо более сильное, даже если не смела произнести вслух.

Калеб просидел со мной в комнате до ночи. Миранда только раз заглянула внутрь, показательно закатила глаза и снова пропала. Мне хотелось убить ее и поблагодарить одновременно.

У короткой форменной юбки не хватало длины, чтобы скрыть ожоги на ногах. Калеб едва заметно хмурился каждый раз, когда его взгляд опускался к ним. Я не хотела жаловаться, и он не настаивал. Словно уже сделал для себя какой-то вывод.

Я рассказывала ему о впечатлениях от столицы, а он мне — о мире, демонах и смешных ситуациях в работе Тайного совета. Я знала, что он специально выбирал какую-то ерунду, чтобы меня повеселить. Мы так и уснули вдвоем на моей узкой кровати. Я прижималась к нему спиной, а Калеб обнимал меня. Весьма невинно, но так тепло и уютно.

Тем сильнее оказалось разочарование, когда утром я проснулась одна. Логично, ведь устав Академии запрещал ночные посиделки, но все равно ужасающе грустно. Может, Калеба и не было здесь, а все это мне только приснилось… Может, его и не существовало вовсе. Он появлялся ниоткуда и пропадал никуда — не человек, а фантазия моего уставшего мозга. Фантом, который я придумала сама.

Я с трудом подняла себя с кровати и привела в человеческий вид, а потом долго не решалась открыть дверь, хотя коридор за ней заполняли шум и голоса. С утра жизнь вернулась в Академию и теперь сновала туда-сюда, спеша поделиться впечатлениями от выходных.

Меня ждала индивидуальная магическая практика. Как обычно, без преподавателя, поэтому я не торопилась. Все равно собиралась пойти с этой проблемой к ректору, но сначала нужно было найти свою пустую аудиторию и просидеть в ней положенные пятнадцать минут.

На этот раз занятие начиналось рано, поэтому нужное место мне пришлось искать довольно долго — аудитория была самой дальней, видимо, чтобы не причинить ущерба «соседям».

Я толкнула нужную дверь и аккуратно заглянула внутрь.

Так и есть. Меня ждала лишь пустота, хотя я уже прилично опоздала. Я прошла внутрь и уселась прямо на стол в первом ряду.

Дверь с грохотом распахнулась.

Магистр Эрик Дайс собственной персоной окинул меня оценивающим и очень злобным взглядом.

— Доброе утро, — пролепетала я, соскальзывая со стола.

— Недоброе! — отрезал он. — Вы кого угодно достанете.

Я растерялась, не зная, что ответить. Он прошел внутрь, захлопнул дверь, бросил на стол сумку, достал из нее книжку и не глядя швырнул в меня. Я едва сумела поймать.

Обложка была знакома. Миранда показывала мне эту книгу в библиотеке — ту самую, где на форзаце сохранилось единственное изображение Лихти, о котором мне теперь было известно.

Я коротко проверила рисунок и подняла взгляд на магистра Дайса, который пристально следил за мной.

— Гляжу, вы видите ее не впервые, — прищурившись, оценил он. — Отлично. Игры закончились, теперь поговорим серьезно. Нравится ли вам жить, Эбигейл Реньяр?