Айсана ушла, а я, не в силах бороться с дремотой, прикрыла веки. Пробормотала:

— Я должна спасти Дракендорт, но как? 

Мысли текли вяло, а организм требовал пощады и сна.

Верный ответ пришел внезапно и был проще пареной репы: Реджинхард Берлиан отвечает за защиту предела. Значит, я должна его выручить.

Осталось дело за малым: как-то вытащить из пещеры здоровенного мужика, не обладая ни магией, ни навыками, ни снаряжением альпинистов. Действительно, какая ерунда!

А еще нужно как-то с ним договориться, и это не легче, чем проделать все вышеупомянутое.

Я попыталась представить мужчину, изображенного на портрете, но перед глазами возник облик обнаженного дикаря из пещеры. Бесспорно красивого, но пугающего…

«Смеешь мне приказывать, предательница?!» — Казалось, я даже оттенки его голоса, сочащегося укоризной и горечью, запомнила до мелочей.

— Предательница. Но почему?

Реджинхард Берлиан явно спутал меня с Линдарой — своей настоящей Тенью. Значит ли это, что по ее вине он очутился в заточении?

Умозаключение показалось мне логичным. Особенно после рассказа Айсаны о поцелуе Линдары с Тапределем. К сожалению, видела знахарка слишком мало, чтобы можно было судить о том, как все случилось на самом деле.

Помогала ли юная Тень возлюбленному по собственной воле, или ее обманом заставили навредить драклорду? Может, если пойму, как все произошло, смогу это исправить?

Как принято выбирать Тень?

Судя по легенде, которую я прочла, выходило так: живет себе девушка поживает, никого не трогает. И вдруг какой-то мужик, пусть и правитель, решает сделать ее своей Тенью. Почет и уважение семьи и окружающих обеспечен. Ну еще бы, такая должность при дворе! Хотя ведь Тень, это не совсем должность, да? Но и вроде бы еще не невеста. Наложница?

Что будет, если девушка не захочет быть Тенью? Может ли отказаться?

Допустим, живет какая-нибудь условная Маша своей жизнью. Лелеет какие-то планы. Возможно, ей уже сделал предложение хороший парень, в которого она влюблена по уши. Может, они уже назначили дату свадьбы и придумали имена будущим деткам…

И вдруг все резко меняется!

Появляется драклорд весь такой из себя и назначает ее Тенью. Забирает из отчего дома в свой замок, и баста! Больше Маша не может принадлежать ни одному мужчине. А у этого половозрелого драклорда наверняка уже есть если не пассия, то толпа фавориток. Ну пусть даже одна единственная, и все равно вряд ли она обрадуется молоденькой конкурентке. Готова ли к подобной участи начинающая Тень?

Зависит от амбиций и характера девушки, конечно же. 

А по легенде и драклорд, и его Тень были счастливы. Вот только у меня напрашивался вывод: мнение Теней на этот счет никто и никогда не спрашивал.

И как тогда жить? Как смириться со своим положением?

Статус Тени дракона давал множество привелегий и возможностей. Уверена, многих это устраивало. На Земле тоже хватает практичных дам, которые с удовольствием заняли бы подобное место рядом с кем-то влиятельным и обеспеченным, но не все же такие?

Что, если Линдара не желала становиться Тенью Реджинхарда Берлиана? Может, советник пообещал освободить ее от немилого?

Вспомнилось, как драклорд пожирал глазами мое обнаженное тело. Вот, наверное, как он относился к Линдаре! Что, если она его боялась?

Мне же страшно не было. Напротив, фантазия неожиданно разыгралась, откликнувшись тягучим возбуждением внизу живота. Вздохнув, я едва коснулась напряженной груди, как вдруг кто-то тронул мои волосы, распределяя травяной шампунь.

— Ася!

Я испуганно  дернулась, и вода плеснула через край ванны на пол.

— Ш-ш-ш! — ответила подруга и принялась намыливать мне голову.

Я подумала, что после сегодняшнего проще отрезать отросшие до талии волосы, чем промыть и расчесать. Но Ася так приятно массировала, что я расслабилась и снова прикрыла глаза, доверившись ее умелым рукам.

И все же у меня мелькнула мысль, что на такой случай надо бы на дверь колокольчик повесить, чтобы не пугаться. Да и дверь в покои неплохо починить. Раньше мне было без разницы, но теперь, когда народу в замке прибыло, будет нелишним.

— Ася? — позвала сонно, наслаждаясь массирующими движениями. — Как считаешь, этот Нож умеет чинить двери? Пусть приносит пользу, верно?

— Этот Нож много чего умеет, — ответил мне сам разбойник.

От неожиданности я вскочила, но тут же снова погрузилась в воду, едва ли не до самого носа, радуясь, что меня скрывает плотная пена. А потом замерла, боясь обернуться.

— Что тебе здесь нужно, Нож? Совсем… стыд потерял? И страх? И совесть!

— Не стоит так меня бояться, Лина. — Наглец усмехнулся. — Лучше сядь, как раньше, я еще не закончил с твоими волосами.