Она была в ужасе.

Всё, чего она хотела, — это свободы. А теперь она стала королевой?

— Всё будет хорошо, Гизела. Просто дыши.

Она взяла Заудина за руку и позволила его силе наполнить её.

Потому что он верил в это, она тоже поверила. 

Всё будет хорошо.

~ ~ ~

— Ничего не будет хорошо! — Гизела захлопнула двери и вновь приняла человеческий облик. — Они животные, и не только потому, что наполовину лошади! Они свиньи!

Заудин рассмеялся.

— Совет доставляет тебе неприятности?

— Они вызывают у меня мигрень! Теперь я понимаю, почему моя мать постоянно рубила им головы. Когда люди живут в страхе, с ними гораздо легче договариваться.

— Не стану спорить. Я считаю, что хороший пинок под зад и удар в горло — замечательный способ скорректировать некоторые взгляды и тон.

Она с невозмутимым выражением посмотрела на него. Хотя, если честно, начинала соглашаться с его точкой зрения.

— Я не стану своей матерью.

— Никто так не думает. Хочешь, я отлуплю их вместо тебя?

В данный момент — да. И это было гораздо заманчивее, чем следовало бы.

— Нет. Но имей это в виду.

В дверь её спальни постучали. Гизела снова превратилась в кентавра.

— Войдите.

Это был старейший член их совета.

— Простите меня, Ваше Высочество. Мы не хотели вас расстраивать.

— Всё хорошо, — солгала она, скрывая от него своё раздражение.

Ничего не было хорошо…

На самом деле отчасти это была его вина. Именно он подначивал остальных.

Откашлявшись, она решила оставить это в прошлом.

— Что привело вас сюда?

— Мы провели ещё одно голосование.

Ну надо же! Она прямо-таки не могла дождаться, когда узнает результат.

— Снова ничья?

— Нет. Мы решили прекратить голосовать за членов собственного совета… или за кого-либо из сыновей Миры.

Это должно было её обрадовать, и всё же от его тона у неё сжался желудок.

— Наше последнее голосование было единогласным.

Гизеле пришлось изо всех сил сдержаться, чтобы не поморщиться, страшась услышать продолжение.

— Только скажите, что вы не проголосовали за возвращение моей матери к власти.

Генерал рассмеялся, услышав её совершенно безжизненный тон.

— Нет. Не за Миру и не за принцев, которые все были признаны виновными в государственной измене. Напротив, мы выбрали лучшего кандидата для этой работы. Того, кто в течение последнего месяца руководил нами без драм, страха, угроз и всего того хаоса, который сопровождал правление Миры.

Хотя она слышала эти слова, до конца осознать их смысл у неё не получалось.

В замешательстве Гизела посмотрела на Заудина, который наблюдал за ней с едва заметной улыбкой на губах.

— Они понимают, что я не полноценный кентавр?

— Мира тоже не была полноценным кентавром. Как и её отец до неё.

— Но вы ведь не знали этого тогда, — напомнила ему она.

— Верно, моя королева. Очень верно. Но вы доказали, что являете собой всё, о чём мы могли мечтать, выбирая монарха. Вы были честной и доброй… но главное — вы не жаждете власти. И снова — решение было единогласным. Как только ваше имя появилось в списке, все согласились. Вы одна имеете полную поддержку совета.

Заудин не мог быть более горд за Гизелу, которая встретилась с ним взглядом.

— Я не стану делать это одна. Они понимают, что я приду к ним с иностранным принцем рядом? Я не откажусь от него ради другого. Даже ради своей страны. — Особенно учитывая, что она никогда не хотела короны.

— Ваши условия нас устраивают. Мы будем ждать вашего решения.

С этими словами он удалился.

Заудин улыбнулся ей, когда она снова приняла человеческий облик.

— Королева Гизела Фессалийская. Мне нравится, как это звучит.

Она приподняла бровь, заметив его восторг.

— Ты будешь королём Заудином.

Он рассмеялся и покачал головой.

— Они не голосовали за меня, любовь моя. Я буду принцем Заудином, супругом королевы. Этот трон твой, а не мой. И если ты согласишься, однажды он достанется нашему сыну или дочери.

От его слов в сердце Гизелы стало легко.

Она ещё не сказала ему, что ждёт ребёнка. Он знает? Или просто догадывается? И как она могла отказаться? В самом деле?

Заудина по-прежнему разыскивал его брат, но если она примет предложенный ей трон, им больше не придётся бежать. Заудин и их ребёнок будут в безопасности от короля троллей.

Навсегда.

Она никогда не хотела править, но это был лучший исход для них всех.

Особенно для ребёнка, который рос внутри неё.

— Я приму трон, но только при одном условии.

— И каком? — спросил Заудин.

— Ты должен жениться на мне до коронации.

Он рассмеялся, услышав её просьбу.

— Я уже говорил тебе об этом. Я женюсь на тебе, когда захочешь и как захочешь.