Откуда он неожиданно здесь взялся – я вообще не поняла. Но если он обращается к Брандвигу по фамилии да ещё на «вы» – дело совсем плохо!

— Влад, отпусти меня с ними! — прорычал этот неугомонный.

— Нет, — отрезал ректор. — Хватит с меня и вашей драки посреди Главного корпуса! Пятьдесят баллов штрафа за недопустимое поведение. И твоему отцу я об этой выходке сообщу.

Брандвиг зло сверкнул на него глазами, однако с лошади слез и побрёл прочь.

Ну хотя бы хватило мозгов не пререкаться с главой академии.

Но откуда же всё-таки тот появился так вовремя? Иначе бы Бранд точно натворил дел.

Интересно, я действительно нравлюсь ему столь крышесносно или причина больше в желании не уступить Лорэндалю?

В любом случае, мне такого счастья даром не нужно! Пожалуй, пора напрямую объяснить товарищу, что взаимностью я ему не отвечаю. Хотя вроде и так поводов не давала.

Только вот если скажу Бранду всё начистоту – он же сочтёт это фактически признанием в моей симпатии к Лорэну. А с его-то стороны всё более чем туманно. Брандвигу же и в голову не придёт, что он мне не нравится сам по себе, независимо от моих чувств к кому-либо другому. В особенности, после сегодняшнего!

Ох...

К тому же не уверена, что его остановят любые мои слова – кажется, он из того типа мужчин, что живут по принципу: вижу цель – не вижу препятствий. Худшая черта из всех мне известных! Уже по одной этой причине я бы никогда не выбрала его. Только объяснять ему это тоже бесполезно.

Тем временем охранники открыли ворота, мы выехали за них, и Лорэндаль... пустил коня в галоп. Вот тут мне стало совершенно не до размышлений. Даже о том, что сижу в его тесных объятиях напрочь позабыла. Ни единая мурашка и носа высунуть не смела. Из всех желаний у меня осталось единственное – выжить!

Ну как же можно так гнать! Кошмар какой-то!

Хотя на машине я, конечно же, ездила и быстрее. Только там закрытый кузов и четыре колеса. А здесь лошадь, которая может в любой момент оступиться!

И падать с неё я, между прочим, совершенно не умею.

Не знаю, сколько прошло времени, когда впереди показались стены какого-то города. Но все внутренности к тому моменту из меня точно вытрясло.

Перед воротами куратор наконец притормозил, и в город – о счастье! – мы въехали шагом.

— Что это за крепость? — поинтересовалась я.

Как ни странно, способность говорить ещё не совсем растеряла.

— Эльта.

— И зачем мы сюда прискакали?

Назвать бешеную скачку «приехали» просто не повернулся язык.

— Тебе нужна одежда, — последовал ещё один лаконичный ответ.

— Ты с ума сошел?! — возмутилась я. — Знаешь же, что у меня нет денег.

— А ты точно так же знаешь, что у меня они есть, — возразил он с олимпийским спокойствием.

— Нет, Лорэндаль! Так нельзя! Ты уже столько всего мне накупил! — воскликнула непререкаемо. — Я не могу вечно пользоваться твоей добротой и вовсе сесть тебе на шею!

— Стелла, давай ты не будешь всё усложнять, — произнёс куратор как-то невозможно интимно. — Одежда тебе необходима. И не можешь ты как раз вечно ходить в одном и том же. Я уже молчу о том, что скоро похолодает. Я что, должен смотреть, как ты замерзаешь?!

Вот же вывернул! Но ничего – я тоже могу.

— Лорэн, я тебе никто. С какой стати ты должен меня содержать?!

— С той, что я этого хочу.

— Я не содержанка! — вскричала возмущённо.

— Конечно, нет, — всё то же непрошибаемое спокойствие. — Содержанки расплачиваются своим телом. Иногда – возможно, чем-то ещё. А я разве требую с тебя хоть что-нибудь?

— Но совесть-то у меня есть!

— Я этому очень рад, — беззастенчиво улыбнулся он. Да уж, переспорить его – та ещё задачка! — Только, повторяю, для её беспокойства нет ни малейшего повода. Попав сюда, ты оказалась в безвыходном положении. Считай, что я просто занимаюсь межмировой благотворительностью. Взял над тобой шефство. Я бы мог один съездить в Эльту и купить всё необходимое, но вдруг ошибусь с размером, вещь не сядет по фигуре или не понравится тебе. Получается, что вовсе выброшу деньги на ветер. Ты же этого не хочешь?

Помотала головой. Ну а что мне ещё оставалось – не заявлять же, будто хочу.

— Лорэн, ну как же ты не поймёшь, что бессовестно пользоваться твоей добротой мне всё равно неудобно! — вздохнула я.

— Хорошо, давай договоримся, что когда я приду на Землю, ты тоже не оставишь меня на улице подыхать с голоду и замерзать, — зашёл этот невозможный тип с другой стороны.

— Ты-то как пить дать придёшь при деньгах. Так что голодная смерть тебе наверняка не будет грозить, — возразила я.

Куратор закатил глаза.

— Ладно, тогда давай так. Я всё тебе покупаю в долг. Отдашь, когда разбогатеешь.

— В смысле – разбогатею? — опешила я.

— Когда сравняешься со мной в уровне благосостояния.

— То есть никогда, — заключила обречённо. — Потому что, подозреваю, ты очень далеко не беден.