Лишь спустя года три в этом плане наметился некий прогресс. По возвращении с Альтерана дети пытались воспитывать Рогова. Не то чтобы сильно преуспели на этом поприще, но факт в том, что теперь мнение Никиты сталкивалось с их мнением. Не с каким-то там протестом или капризом, а именно с точкой зрения. И с каждым годом убеждённость Майкла и Мэри в своей правоте крепла всё сильнее. А так как эту убеждённость усиленно взращивали Нистэмп с Эйприл, можно было не сомневаться, что дети идут правильным путём.

В итоге Никита махнул на внуков рукой. Ну, в смысле, до него дошло, что устоявшиеся роговские традиции в них не уживаются. Впрочем, он и сам со временем остепенился – вёл семейный бизнес и в «большую политику» особо не совался. Каждый год, кстати, его доставляли в Адельвурт и он проводил там детские утренники. К этому делу Рогов подходил ответственно – привозил с Земли реквизит, костюмы и, что самое главное, программы утренников никогда не повторялись. В общем, бывший глава Полярников добился того, что маленькие бордгирцы с нетерпением ждали его приезда. Внуки уже давно выросли, а он всё ездил и ездил.

Закончив школу, причём весьма успешно, Майкл с Мэри отучились в магической академии у Кирилла Лисовского. Потом Майкл получил экономическое образование и стал помогать деду в бизнесе. А ещё он, вдохновлённый творчеством Белого Клыка, увлёкся игрой на гитаре и создал в Москве свою группу. Успеха, учитывая современные земные музыкальные тренды, группа не добилась, поэтому играли в своё удовольствие.

Мэри закончила архитектурный и посвятила себя проектам загородных коттеджей, причём работала только с теми заказчиками, которые хотели видеть на своём участке маленький замок.

— О, у тебя изменения в интерьере, — заметил Майкл, обратив внимание на развешанные на стене плакаты.

— Стало лучше, да? — усмехнулся я, совершенно не желая объяснять причины появления постеров.

— Значительно, — кивнул сын.

— А в остальном у меня всё по-прежнему, — сказал я, — поэтому рассказывайте, как живёте-поживаете.

Дети принялись делиться последними новостями. И одна из них оказалась весьма неожиданной.

— Как обстоят дела на личном фронте? — поинтересовался я.

— У меня ничего серьёзного, — отмахнулся Майкл.

Я перевёл взгляд на дочь.

— А у меня, кажется, серьёзно, — немного стушевавшись, ответила Мэри.

— И кто он? — градус моего любопытства вмиг взлетел до критической отметки.

— Оборотень, — поведала она уже без всякого смущения. — Леонбергер, если быть точной. Дальний родственник Кирилла Лисовского.

Ничего ж себе!

Я был наслышан о многолетней вражде Полярников и Московских Псов. И хоть четверть века назад они заключили перемирие, осадок, как говорится, остался. И вот теперь не просто Полярница, а внучка самого Рогова встречается с оборотнем!

— Что думает по этому поводу дед Никита? — первым делом спросил я.

— Что он думает, не знаю. — Мэри пожала плечами. — Но говорит, что уже давно мечтает породниться с Псами.

— Это он тебе говорил? — уточнил я.

— Нет. Лисовскому.

— Ладно, — усмехнувшись, махнул я рукой. — Главное, что палки в колёса не вставляет.

— Пусть только попробует! — вздёрнула подбородок дочь. — Я ему не Джульетта.

Мне импонировал её решительный настрой. Всё-таки замечательные у меня дети.

Я начал расспрашивать их о работе, досуге, друзьях. Самому-то мне нечего было рассказать, а вот слушать я готов сколько угодно.

Мы общались часов пять. Дети даже отобедали со мной – я передал просьбу тюремному повару, чтобы тот в порядке исключения приготовил две дополнительные порции. Вот такой экзотический «ресторан» будет Майклу с Мэри. Впрочем, кормили в Бозуире неплохо, но всё равно ж экзотика.

Потом, когда они уселись на вернувшегося за ними Вайлда и полетели в сторону Адельвурта, я долго смотрел им вслед, держась руками за прутья ненавистной решётки.

Сердце разрывалось от отчаяния.

Будь прокляты церковники, будь проклята дваррская магия, будь проклята некромантия! Будь проклят молодой амбициозный придурок, захотевший власти! Это ж как нужно было деградировать, чтобы променять близких на призрачную возможность повелевать не пойми кем и чем!

Горбатого могила исправит, а идиота – Бозуир.

И ладно, если бы я был одинок. Существовал бы как растение в этой камере. Но у меня есть любящие родные, счастливые дети и девушка, от одного взгляда которой перехватывает дыхание.

Это невыносимо – иметь всё, что только нужно для счастья и не иметь ни единого шанса наслаждаться этим на свободе.

И никакого просвета!

Глава 30

Лимерана, Блонвур

Стелла

— Я сказал – не остановите! — прорычал Брандвиг с непримиримым видом.

— Бранд... — я опять попыталась привлечь его внимание.

— Ривендэйл, если вы сейчас вырветесь отсюда с боем, об академии можете забыть! — вдруг прозвучал ледяной голос Ворона.