— …я живу на улице Терешковой, — на полном серьёзе рассказывал Клыканов лежащей перед ним кроличьей тушке. И сам же себе отвечал, только другим, гораздо более тоненьким голосом:

— Терешковой?! Ух ты! А это кто такая?!

— О-о-о, мистер кролик, такие вещи нужно знать. Валентина Владимировна Терешкова — это первая в мире женщина-космонавт.

— Правда?! Женщина?! В космосе?! И что же она там делала?! Мыла космические тарелки?!

— Фу, мистер кролик! Вы шовинистская свинья, и за это я купирую вам лапку.

— Не надо, Лёшенька!

— Надо, мистер кролик.

Да-а-а-а-а…

Долго так продолжаться явно не может. Клыканов уже даже не на грани. Он где-то ЗА гранью физического и морального истощения. Вон — еле ноги волочит. После того как попёр народ, ему срочно нужна подмена и выходные, иначе в один момент вообще из строя выйдет.

— Потерпи, Лёх, — прошептал я и на автомате полез в карман за телефоном.

Хотел найти в сети номер кадрового агентства, но тут же жестоко обломался. Дело в том, что у кнопочной «нокии» браузера не было. Это минус. Зато не было и платформ с короткими видео, что есть несомненный плюс, но всё равно с этим нужно что-то делать.

— Оль, привет, — вернувшись за бар, я первым же делом набрал жене. — Как дела? Что делаешь?

А выслушав развёрнутый ответ, попросил её купить мне нормальный смартфон. Мол, так и так, деньги появились, хватит уже с кирпичом гонять. Ну а пока говорил, в голову мне бахнула неожиданная мысль.

«Воспоминание разблокировано», что называется.

Секундочку! Оля же у меня одно время работала эйчаром! Года четыре назад и всего пару месяцев, — не осталась исключительно потому, что приходилось кататься на другой конец Москвы, по полтора часа только в одну сторону. Но ведь какие-то знакомства должны были остаться?

— Ну да, — ответила жена. — С Ксюхой до сих пор иногда пересекаемся.

— А она ещё работает? — уточнил я. — Ну… в том агентстве?

— Работает, — сказала Оля. — Недавно вроде бы даже на повышение пошла.

— Отлично! Можешь дать контакт?

— Сейчас скину.

Вот как-то так. И всё бы хорошо, но напоследок пришлось сообщить жене, что сегодня мне снова придётся остаться в ресторане на ночь.

— О, — расстроилась она. — Понятно.

— Ты чем-то хотела заняться вечером?

— Да нет-нет, ничем таким, — ответила Оля. — Просто… забей. Работай, если надо.

Осадочек остался. Стоя с телефоном в руке, я чувствовал, как в груди скребёт очень неприятное чувство. Неприятное, но вместе с тем очень противоречивое. Ведь, с одной стороны, ничем дурным я не занимаюсь, и в подтверждение тому мой ИП-шный счёт пухнет, как мопс, получивший неограниченный доступ к корму. С другой же стороны, в последние дни я действительно уделяю Оле катастрофически мало времени.

— Ладно, — выдохнул я. — Исправлюсь, — и следом тут же набрал некой Ксении. Поздоровался, представился, объяснил, откуда её знаю и обрисовал проблему. А в ответ услышал:

— Да без проблем, Виталий. Завтра же направлю к тебе в ресторан целую кучу людей из базы.

Слово «база» обнадёживало. Может быть, у людей из этой «базы» даже справка от психиатра имеется. И может быть, их даже ни разу не увольняли по статье.

— Оплата по факту приёма на работу, — добавила Ксения, чем привела меня в неописуемый восторг.

Отлично! Ещё один камень с души упал. И почему-то верилось мне, что завтра к нам придут вменяемые люди. И что Лёха отоспится, и что сам я наконец-то выкрою хоть немного времени на то, чтобы побыть с женой.

Дальше работа шла совершенно штатно. Гости приходили, ели, пили и уходили. Лёха доделал жаркое из кролика, Марина лутала какие-то совершенно бесстыдные чаевые, а Серёжа тихонько завидовал. Вот, вроде бы, и всё.

Одиннадцать часов вечера подкрались незаметно. Стоя в приёмке, я выпроваживал свою команду мечты и пытался придумать — как бы объяснить им то, что мне придётся остаться?

— А ты чего не идёшь? — нахмурился Лёха, остановившись в дверях.

— Да я… это… жду. Тараканов придут травить.

— Так ведь у нас же нету тараканов.

— Потому и нету, — ответил я с умным видом.

Клыканов задумался. Потом счёл это логичным, кивнул, пожал мне руку и ушёл. Я же запер входную дверь и отпер офисную.

— Ты-ы-ы-ы! Гнида светлая! Развяжи меня немедленно!

— Нет.

— Развяжи, тебе говорят!

— Не-а.

Как оказалось, гном ближе к ночи чутка восстановил силы. Но лишь чутка. Хватало их только на ругань с Жалюзи, но разорвать гирлянды он по-прежнему не мог. Ну… новость-то, на самом деле, хорошая.

— Фёдор Евгеньевич, — сказал я. — Ресторан полностью в нашем распоряжении. Руководи.

— Отлично! — отозвался человек-штора. — Бери за ноги, а я за руки…