Глава 1

Утро началось с того, что я спалил Ольгу за неповиновением. Спал я сидя, в одежде, с тонометром в руках и при этом очень чутко. Поэтому просто не мог не отреагировать на скрип двери.

— Куда?! — крикнул я, едва разлепив глаза.

А жена хоть и кралась на цыпочках буквально секунду назад, но тут сразу же начала изображать из себя сильную и независимую.

— Позавтракать мне можно?

— Нельзя, — ответил я и тут же поправился: — То есть можно. Иди ложись, я всё приготовлю и всё принесу.

— Виталь, прекрати параноить.

— Не прекращу.

— Ты перегибаешь.

— Нет, не перегибаю. Всё! Не спорь! У тебя постельный режим!

Ольга грустно вздохнула и потащилась обратно в постель. Залезла под одеяло и надулась на меня как мышь на крупу. Наверное, в её системе координат я действительно вёл себя не совсем адекватно, но мне на это было как-то всё равно. Речь идёт о здоровье, и тут лучше перебдеть.

— На вот, померь давление ещё раз, — я вручил жене тонометр, встал и пошёл на кухню.

Тонометр был куплен вчера. Как с ним управляться и какое давление считается нормальным, я тоже узнал только вчера, — пришлось гуглить и разбираться в предмете, поскольку раньше, к счастью, не было такой нужды.

Что с Ольгой на самом деле произошло и почему она упала в обморок, мне так до сих пор непонятно. Однако! Связать инцидент с потусторонщиной у меня никак не получается, потому что у потусторонщины обязана быть хоть какая-то причина. Ведь как оно обычно бывает? Кто-то приходит, что-то требует, угрожает, просит, предлагает… убить пытается, в конце-то концов. А тут ничего. Хранитель театра так и не объявился, хотя я его очень ждал — думал, что на меня нападают. Но раз нападения не было, то всё это совершенно бессмысленно. Да и КИПЕР плюс ко всему молчит…

Значит, проблема всё-таки в физиологии, а вот какая именно проблема — чёрт его знает. Просто так люди в обморок не падают. И ничего, что продлился он всего несколько секунд, и ничего, что после него Оля чувствовала себя нормально, — и даже на полном серьёзе собиралась досмотреть представление.

Да, от скорой моя благоверная отказалась и вела себя как обычно, но меня не проведёшь!

Я объявил день здоровья. Довёз жену до дома, а потом уложил в постель и запретил вставать. А эта егоза в свою очередь, как назло, пыталась утечь — то посуду помыть, то стиралку разгрузить, как будто я сам был не в состоянии всё это сделать.

— Завтрак! — торжественно объявил я, вернувшись в комнату.

Два яйца пашот, тост с перемятым в салатовую кашицу авокадо, полбаночки стратчателлы и свежевыжатый апельсиновый сок. Какой-никакой, а я всё-таки повар.

— Спаси-и-и-ибо, — протянула Оля. — А кофе?

— А кофе тебе нельзя, пока не выясним, что случилось.

— Виталь!

— Я всё сказал.

Короче говоря, я потребовал от жены, чтобы сегодня она просто лежала и отдыхала. Сам же не пошёл в ресторан, чтобы проконтролировать это дело и уделить ей максимум внимания. Приносил, уносил, ухаживал как мог, и заставлял смотреть сериалы. Во-первых, иногда такое можно устраивать, чай не во вред. А во-вторых, в итоге я всё-таки добился своей цели, продавил Ольгу и убедил её записаться на полный чекап в платную клинику.

— Виталь, это необоснованно дорого.

— Деньги не проблема, — с гордым видом заявил я. Потом поржал, конечно же, и добавил, что мы просто покупаем своё спокойствие. — Сам тоже потом схожу, честное слово.

И вот только когда она согласилась, я ослабил хватку. Усмирил, так сказать, свою радикальную заботу. Оля расслабилась, смирилась со своей судьбой на ближайшие сутки и попыталась получать удовольствие. В итоге втянулась, и мы с ней провели прекрасный ленивый выходной.

В ресторан я звонил трижды. Первый раз под открытие, предупредить, что не приду. Потом около полудня, чтобы узнать, как идут дела, — Лёха ответил, что всё нормально, повара крутятся, а выручка мутится, — и третий раз уже под закрытие.

Ах, да! Приврал чутка. Был ещё один созвон, но к делам «ОЛЕГа» он никак не относился.

— Виталий Александрович, — шёпотом сказала Даша. — Её Котейшество просит передать: «Суслик в норке».

Я сперва помолчал, а потом уточнил:

— Чо?

— «Суслик в норке», — повторила Даша.

— Это я понял. А не могла бы ты попросить «Котейшество» изъясняться чуть более понятно?

В трубке зашебуршали помехи, и следом я услышал, как Лёвушкина перешёптывается с Шофранкой.

— Она говорит, что пришёл схухрик, — сказала девушка после совещания с блохастой.

— А, — ответил я. — Вот теперь понятно, — а сам прикинул, что у нестабильных трюфелей ещё есть кое-какой запас срока годности и что в крайнем случае их можно реанимировать способностью «Всё полезно». — Попросите товарища схухрика обождать до завтра. Скажите, что всё в силе, просто случилась небольшая накладка.