Если я молчала, то мачеху было не унять – она везде и всюду болтала, не особо заботясь, интересно ли это другим. Рита тоже любила почесать языком, да и девушка, которая делала маникюр, тоже. Поэтому они спелись. Сначала обсуждали город – он не нравился им всем, и они хотели куда-нибудь переехать. Затем перешли на людей.

– А у вас вообще есть богатенькие перспективные холостяки? – перешла на одну из любимых тем Мэри. – Вот у нас в городе никого приличного не осталось – нормальных мужиков всех разобрали! Мои подружки замуж не могут выйти! – И она залилась веселым хохотом.

– Есть, – тут же сказала мастер маникюра и даже подняла взгляд с ногтей на лицо клиентки. – Игнат Елецкий, например.

Я дернулась от неожиданности, и оставила полосу на ногте, который только что покрыли слоем красного лака. Всего лишь два слова – но каких! Его имя.

Моя мастер посмотрела на меня с ноткой укоризны и принялась переделывать работу.

– Ну не-е-ет, – тем временем возразила Рита. – У него невеста есть! Скоро свадьба и все такое!

– А ты откуда знаешь? – удивилась мастер маникюра.

– Мы же вместе учились, – загадочно обронила Рита.

– Серьезно?! – воскликнула ее коллега. – Ничего себе! А ты и не рассказывала.

– А что там рассказывать… – Еще более загадочно сказала Рита, явно наслаждаясь удивлением. Я едва слышно хмыкнула. Если бы я точно не знала, что они с Игнатом всего лишь учились в одном здании, поняла бы ее слова иначе. Так, как будто бы они были знакомы.

– Что еще за Игнат Елецкий? – заинтересовалась любопытная Мэри.

– Сын Константина Елецкого, – ответила Рита тоном знатока. – Который занимается нефтью и газом. Ты наверняка слышала о его компании…

– А-а-а, точно! Поняла, кто это! – догадалась Мэри. О ресурсодобывающей компании Кости действительно порой говорили по телевизору. – У него есть сын? Я и не знала!

– Есть-есть, – со смехом подтвердила Рита. – Богатый и уже почти женатый!

Сердце кольнуло. Боже, а чего я хотела? Чтобы мой мальчик всегда был один?

– Елецкий очень крутой. Породистый – как отец. Высокий, широкоплечий, мужественный. Он и в универе таким был – все девчонки по нему тащились. А сейчас вообще конфетка, – на замолкала Рита. – Помогает отцу с бизнесом, и я слышала, что он очень жесткий, хоть и молодой.

– А сколько ему? – заинтересовалась Мэри.

– Лет двадцать восемь, наверное.

– Сопляк еще! Я люблю мужчин постарше. Вот у меня муж такой – взрослый, – хихикнула мачеха. – Вот вы думаете, это моя сестренка или подружка? Нет, это моя падчерица.

На меня, конечно же, тут же посмотрели. Я сделала вид, что не замечаю этих взглядов.

– Сейчас у Игната есть невеста – очень хорошая девочка из богатой семьи, ему под стать. Хотя знаете, – понизила голос Рита, – у него же такая любовь была! Просто невероятная! С моей подругой!

Стало душно.

Мне хотелось крикнуть: «Хватит! Хватит говорить про Игната!» Но я не могла этого сделать. Молчала, делая вид, что мне все равно. Не хотелось говорить при Рите. Появился страх, что она узнает мой голос. Но глупо было надеяться, что они замолчат.

– Ну-ка, расскажи, – еще больше заинтересовалась Мэри. – Обожаю истории любви!

– Отец Игната женился на матери моей подруги, ее звали Ярослава, – начала Рита важно, чувствуя, что все внимание на ней. А я дернулась от звуков собственного имени и снова испортила ноготь. – Между ними прям искрило! Сначала они друг друга ненавидели, а потом стали встречаться. Это не все знали, но я была в курсе. У них такая любовь была – закачаешься просто! А потом моя подруга со своей матерью погибла в страшной автокатастрофе. – Рита понизила голос. – Говорят, они сгорели заживо…

– Помню ту историю! – воскликнула мастер маникюра Мэри. – Ужас просто…

– Игнат очень убивался… Несколько лет был один, пока новую любовь не встретил. Бедный... Он сильно Яру любил. Моя бедная Ярочка, – всхлипнула Рита.

– Так это, получается, твоя подруга умерла? – спросила Мэри. – Ой, соболезную, родная.

– Уже все в прошлом, – вымученно улыбнулась Рита, делая вид, что мы реально были подругами. Стерва.

– Одни говорят, что в аварии был виноват бывший муж этой женщины, матери Ярославы. Другие говорят, что убить хотели Елецкого, но перепутали машины. А третьи… Третьи говорят, что сам Елецкий от женушки и избавился, – еще сильнее понизила голос Рита. – Потому что она в его бабло залезла. Она была эскортницей, представляете?

К горлу подкатил комок, сердце обожгло холодом. Чертова сплетница. Что она несет? Как она вообще смеет?

– Если эта болтовня продолжится, я буду вынуждена обратиться к управляющему, который, видимо, не умеет работать с персоналом, – сказала я неожиданно для самой себя. Голос получился негромким и высокомерным – как у типичной богатенькой мрази, которая ставит себя выше всех остальных.

– Влада, ты чего? – укоризненно уставилась на меня мачеха. – Мы же просто болтаем с девчонками.