Последнее было выгодно для всех. Если Ванда выиграет на выборах Верховной, монастырь получит льготы на поставку оборудования и дополнительное финансирование.

– Я рассчитываю на понимание ситуации и ваше благоразумие, – тон настоятельницы не предвещал ничего хорошего.

Она в открытую предупреждала, если кто-то привлечёт к госпиталю ненужное внимание, может забыть о практике и репутации. Но мне это играло на руку и давало шанс продержаться до встречи с Нери.

– На этом всё, – Ванда поднялась и, подхватив документы, направилась к выходу, – Алория, ты мне нужна.

– Да, госпожа настоятельница, – я скользнула за ней, спиной ощущая всё тот же липкий и холодный взгляд.

Похоже, я поторопилась с выводами... продержаться до церемонии будет очень непросто!

ГЛАВА 9: Лжец ходит первым

До кабинета настоятельницы шли молча. Ванда не спешила начинать разговор, а я сосредоточилась на новых возможностях.

Меня захлёстывали чужие эмоции. Я не сомневалась, что чувствовать их так ярко помогают именно крылья. Они реагировали на малейшие эмпатические колебания, и с каждой секундой держать контроль становилось сложнее.

Воздух звенел от количества эмоций: зависть, искренняя радость и восхищение. Сотрудники госпиталя по-разному реагировали на новости, и чем дальше мы отходили от зала совещаний, тем слабее ощущался негатив. Младший персонал не интересовали интриги. Они ликовали, предвкушая премию и отсыпной за вчерашнюю переработку.

Неподалёку раздался знакомый гулкий топот, будто нам навстречу бежал крупный ёжик. Сестру хозяйку я узнала сразу, ещё до того, как услышала её одышку и басовитый голос:

– Госпожа настоятельница! – выскочившая из-за угла Элеонора выглядела запыхавшейся, но счастливой. Крупное лунообразное лицо сияло, а вокруг монахини витал шлейф гордости и подобострастного восхищения. – К вам курьер из Гильдии целителей! Прикажете провести в кабинет?

– Позже, – холёное лицо Ванды было абсолютно бесстрастным, но мои крылья засекли едва заметные искорки удовлетворения и затаённого торжества. – Сейчас я очень занята. Проводите его в зал ожидания. Приглашу, как только освобожусь.

Она врала. Я чувствовала это как никогда ясно, но, увы, не видела смысла в её действиях. На кой ляд мариновать курьера? Забрать письмо и расписаться о получении – минутное дело!

– Как прикажете! – Элеонора поклонилась и, подхватив юбки, помчала обратно. На моё присутствие она никак не отреагировала. Это радовало. Не все в госпитале были готовы лезть в интриги и рисковать должностью ради чужой мести.

У меня даже появилась слабая надежда, что здравый смысл и страх перед настоятельницей окажутся сильнее, и до церемонии жрицы залягут на дно. Да и времени, чтобы спланировать крупную подставу маловато. Не зря же говорят, что месть подают холодной? Спешка в таком деле неуместна.

Но в любом случае, лучше быть начеку!

Немного осмелев и свыкнувшись с необычными ощущениями, я попыталась «просканировать» Ванду. Как управлять крыльями я не знала, поэтому просто сосредоточилась на целительнице. Но... «с разбегу» налетела на ледяную стену. Кожа покрылась мурашками и стало холодно, будто мне за шиворот кинули горсть снега.

К счастью, настоятельница не заметила моих манипуляций.

Что ж... По заказу крылья не работают, только хаотично засекают чужие яркие эмоции. Впредь буду осторожнее, и для начала потренируюсь на близких.

– Заходи, – магесса открыла дверь в кабинет, пропуская меня вперёд. Я по привычке зажмурилась, но «допросные» лампы не горели.

На столике стояли две чашки и блюдце с вкуснейшими пирожными из лавки госпожи Дюваль. Её сладости стоили дорого и отличались не только уникальным вкусом, но и узнаваемым дизайном. Ванда их обожала и предлагала только особым гостям. Меня угощали уже второй раз, но гордости по этому поводу я не испытывала. Скорее предпочла бы на пару дней превратиться в невидимку и просидеть в келье Гретты, помогая толочь травы для зелий.

– Мне нравится как ты держишься, – Ванда начала разговор с похвалы, и я насторожилась ещё больше, – не все выдерживают испытание успехом. Многие зарываются, начинают совершать глупости и дерзить тем, кто вывел их на вершину. А ты скромничаешь, будто ничего не случилось.

– Я всего лишь исполняла свой долг, – ответила, пытаясь скрыть негодование.

Целительница вела себя... странно. Будто прикидывала, сколько пряничных крошек мне можно отсыпать, и не пора ли применить кнут.

– Молодец! – Ванда уселась в своё любимое кресло, жестом велев занять место напротив. – Именно так и с таким лицом отвечай всем, кто спросит о случившемся. А их будет очень много, Лори.

– Надеюсь, вы ошибаетесь, – вздохнула, – мне бы не хотелось привлекать лишнего внимания...

– Не переигрывай! – в голосе Ванды проскользнули металлические нотки. – Держись скромно, но уверенно. И никогда не бросайся на подачки и милость великих, как голодная собака.

Смысл последнего напутствия обескуражил, и заметив мой растерянный взгляд, наставница снизошла до пояснений: