— О, Дия, — Трина махнула рукой. — Присаживайся к нам. Первокурсникам надо держаться вместе.

   Я кивнула, соглашаясь. Пока устраивалась за столом, отметила, что у Трины тоже значок с хвостом, а вот у Тронта – медные крылья. Ладно я, но брату с сестрой почему достались разные значки? Я спросила об этом вслух.

  — Все просто, — ответил Тронт. — Уровень назначается куратором курса. Он при желании может его понизить. Например, в качестве наказания.

   Взыскание! Вэйд влепил его нам с Триной. Ладно, меня он ненавидит, а вот Трине досталось ни за что. Но теперь хоть понятно, кому я обязана низшим положением в иерархии Академии. Осталось разобраться, чем это мне грозит. Очевидно же, что Вэйд сделал это не просто так.

    Благодаря новым знакомым обед прошел весело. Мы болтали и смеялись, делясь впечатлениями от первого дня. Трина долго ахала, узнав, что меня поселили наверху.

  — Оттуда, наверное, обалденный вид, — мечтательно вздохнула она.

  — Ага, и бесконечная лестница наверх, — передернула я плечами, воображая подъем после плотного обеда. Это будет еще то испытание.

    Впрочем, проблемы начались до лестницы. Прямо в столовой. Студенты потихоньку заканчивали обед и тянулись к выходу. В том числе пустели столики мажоров, как я их про себя прозвала.

   Уходя, студенты собирали грязную посуду на подносы и относили на специальный стол. Недоеденное отправлялось в бак, а дальше тарелки ставились к тарелкам, чашки к чашкам и так далее.

  Так делали все, кроме мажоров. Они просто уходили, бросая грязную посуду на столах. Как будто за ними кто-то должен убирать.

   И ведь убирали! Несколько первокурсников, вооружившись подносами, собирали чужие тарелки, словно какая-то прислуга. Я хотела возмутиться, но Трина встала и направилась туда же – к столам «золотых крыльев».

  — Что происходит? — спросила я у Тронта. — Им тяжело сделать пару лишних шагов и сложить посуду, куда следует?

  — Вообще-то это ваша работа, — просветил он.  — Хвосты убирают за крыльями.

   Его слова прозвучали как тарабарщина. Что еще за расчлененка? Ах, да, значки. Так вот в чем их сакральный смысл! Хвосты – вроде прислуги у серебряных и золотых крыльев. И я попала в их число благодаря Вэйду Даморри. Он нарочно низвел меня до уровня обслуживающего персонала, чтобы насладиться моим унижением!

    — Не дождется! — фыркнула Кати, и я кивнула, соглашаясь с ней.

    — Ничего, — примирительно произнесла Трина, проходя мимо нас с подносом, — мне несложно.

   Она просто не понимала, что делает. Стоит дать слабину и всю оставшуюся жизнь будешь прислуживать таким, как Грэйс. Уж я-то знаю, видела не раз, как «сестренка» ведет себя с прислугой. К ней у нее ноль уважения. Один раз позволишь вытереть о себя ноги – постоянно будут вытирать.

   Грэйс, конечно, счастлива, что мне достался значок с хвостом. Даже столовую покидать не торопилась, рассчитывая понаблюдать за шоу. А вот фиг ей!

     Я поднялась из-за стола и направилась в сторону выхода. Но на полпути дорогу мне перегородила какая-то девица с подносом. На ее груди весил всего-навсего серебряный значок, что не мешало ей вести себя, как истинной мажорке.

   — Убери за мной, — она сунула мне в руки поднос.

   — И не подумаю, — я в свою очередь оттолкнула поднос.

  — Ты обязана, — возмутилась девица и снова попыталась всучить мне поднос.

  — Не знаю, кто тебе сказал такую чушь, но он тебя жестоко обманул, — отмахнулась я.

  Но девица попалась настойчивая. С минуту мы на радость всей столовой толкали поднос туда-сюда, пока он не опрокинулся. Тарелки с чашками полетели прямо на меня, я даже отскочить не успела.

   В один миг юбка и пиджак оказались залиты остатками рагу. Практически помоями! Мои щеки вспыхнули, отчасти от злости, но и от стыда тоже. Мне было мерзко до тошноты. Рагу оставило жирные пятна на одежде, остатки чая насквозь пропитали блузку, и та противно липла к коже. Я уже молчу о том, как от меня теперь пахнет.   

   Но хуже всего, что у моего позора были свидетели. Сотни! Студенты показывали на меня пальцем, хихикали, придумывали прозвища. Грязнуля, неряха, помоечница – какими только эпитетами меня не наградили всего за одну минуту.

  — Сама виновата, — фыркнула девица, опрокинувшая на меня поднос, и гордо направилась к выходу.

   За ней вереницей потянулись другие.

   — Как не ряди свинью в бархат и шелка, а ее все равно тянет в грязь, — прокомментировала Грэйс, проходя мимо меня.     

   Вэйд в отличие от нее не проронил ни слова. Поймав его взгляд, я вздернула подбородок. Пусть и не надеется, что победил. Чтобы растоптать меня, потребуется нечто большее, чем рагу с чаем.

   В ответ Вэйд приподнял бровь и сузил глаза. Пару секунд он изучал меня, словно в поисках уязвимости, а потом, кивнув каким-то своим мыслям, отвернулся и пошел дальше. Неужели нашел мое слабое место? Вот черт!