Пролить через сито бульон, и отложить курицу, чтобы остывала. Чтобы не обжигаться, пока буду разбирать ее на кусочки, тщательно вынимая все косточки и хрящики, чтобы осталось одно мясо. Потом в сковороде тщательно потолкла размягчившиеся овощи и снова воспользовалась ситом. Протирать через него было непривычно, но действенно. В итоге у меня получилась однородная масса, в которую я в несколько этапов ввела часть бульона, а потом долго пробовала на вкус, добавляя то чуть больше соли, то капельку острого перца.

К супу не хватало только пары штрихов. Я поставила на огонь сковороду, в которой тушились овощи, отрезала от буханки хлеба три кусочка и положила прямо на остатки овощного сока. Пускай пропитаются, не страшно. 

Пока хлеб прижаривался, не удержалась и достала-таки бекон. Отрезала три тоненьких ломтика и выложила на сковороду после хлеба. Довела его до хрустящего состояния и измельчила в крупную крошку. Подавала все вместе. В каждую тарелку супа высыпала третью часть бекона, положила кусочки курицы и прямо краем окунула хрустящий хлеб. Была бы умнее, заранее бы поджарила тыквенные семечки. А то так и лежат без дела. Но и без них суп удался на славу. Овощной, на наваристом бульоне, он был одновременно легким и сытным. Не оставлял после себя тяжести в желудке, лишь приятное, согревающее тепло. 

После такого супа чай с булочками уже не шел. Так что, наверное, правильно мы сделали, что изменили порядок блюд. Единственный минус, что после такого обеда хотелось посидеть в кресле с книжкой, а не бросаться в кучу дел, которые, к сожалению, сами себя сделать не могли. Но пришлось подниматься и заниматься работой. Хорошо, что сейчас у меня появились помощники. Я со спокойным сердцем доверила Лили вымыть посуду и убрать со стола. Логан тут же кинулся помогать ей – вытирать чистые тарелки полотенцем. 

А я вышла на улицу. Небо постепенно затягивало тучами, будто бы предсказанные Лили дожди собирались начаться уже сегодня. Первая тыква закончилась, и я лишний раз порадовалась, как много всего можно приготовить из одного продукта. 

Рыжие тыквы на поле напоминали россыпь янтаря. Амберфилд. Я усмехнулась. Кажется, у наших миров гораздо большего общего, чем кажется на первый взгляд. Но подумать об этом сейчас не было времени. Пирожки и лепешки с начинками я оставило до вечера, а сейчас нужно было понять, получится ли у меня вспомнить правильный рецепт и приготовить то, что, по моему мнению, должно было прочно занять место в сердцах жителей Лостейна. 

Я выбрала тыкву поменьше, аккуратно срезала хвостик и принесла в дом. Обработка тыквы – та еще морока. Почистить, порезать плотную мякоть на крупные куски, а потом еще каждый нарезать кубиками стороной в сантиметр. И при этом нужно было прикинуть вес без каких-либо подручных средств. На всей кухне я не нашла даже старых весов с гирьками, что уж было зря мечтать об электронных! Но сейчас аптекарская точность мне и не требовалось. Сперва нужно выверить все пропорции для себя, чтобы потом знать, нужно ли что-то скорректировать. Так что, понадеявшись на свой глазомер, я достала из шкатулки со специями кулек сахара, засыпала тыквенные дольки и убрала их подальше. Далее дело было за цитрусовой составляющей. Я осторожно соскоблила ножом цедру с апельсина, разрезала его пополам и выжала сок в отдельную миску. Отставила в сторону и выпрямилась, разминая руки и плечи. Рецепт был несложным и не требовал многих усилий. А время, нужное для промежуточных этапов, давало мне возможность параллельно заниматься другими делами. Такими, как, например, детальный обыск второго этажа в поисках полезной мне информации.

7. 2

Я не успела дойти до второго этажа, как снизу раздался уже знакомый звонок. Раз, другой, а потом зашелся просто без перерыва. Пока спускалась, навстречу мне уже бежала Лили с испуганными глазами.

– Это не мы! Этот там! – Она указала в сторону прихожей. 

– Да, это всего лишь оповещение. – Успокоила я ее, не подавая вида, что сама встревожена. Почему в прошлый раз было по-другому? Что изменилось?

Я подошла к столику и открыла ящик. Новое письмо. А под ним еще одно, красного цвета. Я осмотрела оба письма. На обычном снова не было ничего, кроме сургучной печати, а вот второе было подписано. “Эвелин Мортон” – было выведено каллиграфическим почерком. Лили за моей спиной переминалась с ноги на ногу. Я чуть ли не кожей чувствовала ее любопытство. Но если сказать ей, что пришло письмо от Джеспара Мортона, она перепугается. Да что там говорить, у меня самой на сердце было неспокойно. Что ему потребовалось от меня?

Я сунула оба письма за пазуху и повернулась к Лили.

– Все в порядке. Но если снова зазвенит – зови меня, хорошо?

Она кивнула и, кажется, успокоилась. Зато мое волнение никак не проходило. 

Не подавая виду, я поднялась на второй этаж и направилась прямиком в кабинет Мортона. Закрыла дверь, села за стол и положила оба письма перед собой. Одно – для управляющей, второе – для меня. Конечно же, я начала с обычного. Аккуратно, словно пытаясь надышаться перед смертью, сломала печать и медленно вынула листок.