Женственное платье зимой, угу. Женственные трусы с начесом, элегантные шерстяные колготки, эффектное платье из теплой ткани, которое кутает фигуру так удачно, что ни сквозняк не просочится, ни любопытный мужской взгляд.

В общем, гардероб внезапно стал дилеммой, достойной философских трактатов.

Смышата, видимо, обдумав свое поведение и сделав какие-то свои, смышиные выводы, явились ко мне в комнату. И не извиняться, нет.  Давать советы, разумеется.

Это хвостатое безобразие начало по очереди вытаскивать из шкафа мои платья, чтобы изучить и вынести вердикт. И если то, как смышата справлялись с юбкой или кофтой, выглядело еще более-менее сносно, то когда эти пушистые модисты потащили платье, я не выдержала и расхохоталась. Малявки опечаленно опустили ушки, и женское сердце не выдержало. Пришлось помогать им наводить порядок в собственном шкафу.

4-3

— Нет, это слишком тонкое, — покачала я головой, развесив нежно-голубое летнее ситцевое платье на дверце шкафа.

На что один мышонок возмущенно фыркнул, молнией вскарабкался на дверцу и показал лапками на декольте, потом на меня и демонстративно облизнулся.

— Выглядеть аппетитно и неделю лежать в лихорадке? Ради Аркса? Нет!  — возмущенно сказала я, снимая платье с дверцы.

Смышонок сердито фыркнул и нырнул в шкаф, второй последовал за ним. Спустя пару минут они извлекли на свет и с моей помощью повесили на дверцу шкафа вязаный подарок местной овцеразводицы.

Другой смышонок не стал взбираться наверх, а радостно запищал с пола, вытянул заднюю лапу, демонстрируя, какая она длинная, и попутно показывая то на меня, то на свитер.

— Ноги будут, что надо, — согласилась я. — Только это свитер.

Смышонок подпрыгнул на месте, мол, и что, что свитер? Зато ноги!

— Категорическое нет! — заявила я.

Еще я филей не морозила ради каких-то там королевских инспекторов. 

— Мне потом, между прочим, в лес идти, спасать Глазастика! — напомнила я и даже немного погрустнела.

Как же одеться, чтоб и на балу выглядеть пристойно, и по сугробам потом тащиться без проблем?

Пока я печалилась, оба смышонка забрались в шкаф и активно там хозяйничали. Мебель от такой бурной деятельности немного ходила ходуном, я же без особой надежды наблюдала за процессом. И каково же было мое удивление, когда эти два ушастых безобразия вытащили на свет мое старое и самое любимое платье! Купленное специально для выпускного в ведьминской академии, что приходится аккурат на середину зимы.

Платье было заговоренным — выпускная работа моей соседки по комнате. Белое, с длинными рукавами, подолом до самых каблучков и аккуратным, но очень интригующим воротом, из тонкой шерсти, расшитое ведьминскими нитками. Оно подчеркивало все, что нужно подчеркивать у юной девушки, а еще грело, как любимая бабушкина печка.

Смышата пищали от восторга, мол, вот оно, идеальное платье для бала!

И тут настал момент истины — влезу ли я в него?

***

Платье я примеряла практически затаив дыхание. Все же несколько лет прошло, как я отряхнула ученический мел с пальцев. А жизнь у меня тихая, мирная и вообще пирожки эту треклятые так и пекутся, так и пекутся… 

Влезала в платье зажмурившись, а пуговички застегивала затаив дыхание. Смыши воодушевленно запихали, а я приоткрыла один глаз, второй и, наконец, посмотрела на себя в зеркало.

Село идеально! Вот что значит ведьма!

Ухмыльнувшись этим мыслям, я посмотрела на часы и поняла: караул! Опаздываю! Следующий час смыши с задумчивым видом наблюдали, как я носилась по дому: грела в камне щипцы для волос, чуть не спалила платье, громко ругалась на средство для локонов, которое сама же и готовила. Завивать локоны я ужасно не любила, волосы были слишком длинные, и мне все время не хватало рук, чтобы закрутить всю длину. Но мучения мои оказались оправданы: распущенные волосы придавали мне вид ведьмовской и очень соблазнительный. Решив, что раз добивать инспектора, так по полной, я еще и глаза подвела!

Так что, когда в дверь вежливо, но уверенно постучали, я была уже во всеоружии. Распахнула дверь и улыбнулась лорду Арксу, занесшему руку для нового стука.

Кажется, со всем оружием я переборщила: королевский инспектор замер, смотря на меня. И я замерла, продолжая улыбаться, в надежде добить бедолагу. Смыши, прибежавшие на шум, тоже замерли, с любопытством глядя на нас.

Время шло.

4-4

— Странно, раньше за тобой ступора при виде ведьмы не наблюдалось, — задумчиво произнесла я, уже перестав улыбаться и зябко ежась от холода, тянущего с улицы.

Мужчина как-то странно вздохнул и подозрительно низким голосом спросил, проигнорировав все приветствия:

— Готова?

Я хотела сказать “да”, но смыши возмущенно запищали и спустя пару минут мне приволокли любимую белую шубку и зимнюю шляпку.

— Шляпка-то зачем? — возмутилась я.

Один смышонок постучал себе по макушке, потом обнял себя лапками, изображая жуткий холод, а потом картинно завалился набок. Даже язычок высунул, актер.