Черт… он был прав. Если бы он был голым, даже магический грот померк бы по сравнению с ним.

— Но я голая, — заметила я, заставляя себя оторвать взгляд от надписи на его нижней части живота, которую я не могла прочитать. — Разве я не отвлекаю внимание?

В ответ он обнял меня, и с рычанием уткнулся лицом мне в шею и укусил, посылая волны наслаждения прямо в центр моего тела.

— Единственная причина, по которой я сейчас не внутри тебя, — прошептал он, лаская языком след от укуса, — это потому, что это твой первый шанс увидеть грот, и я не отниму его у тебя. На остальное еще полно времени…

В этот момент я был мертва. Просто чертовски мертва, пока его слова и аура ласкали каждое мое чертово чувство. Но прежде чем моя душа последовала за мной в могилу, Риз поставил меня на мои дрожащие ноги и отправился в грот. Следуя за ним по мягкому песку, серебристый блеск которого разливался вокруг моих босых ног, я наклонилась, чтобы прикоснуться к нему. Он был шелковистым, гораздо тоньше земного песка, и энергия, пронизывающая его, была невероятной.

— Теперь я понимаю, почему ты никогда не афишировал эту находку, — сказала я, выпрямляясь, и песок начал осыпаться с моих рук. — Это вызывает привыкание, настоящий заряд энергии, исходящий, кажется, из первоисточника. К этому можно привыкнуть.

Он кивнул, и впервые с момента входа в эту пещеру его выражение лица стало серьезным.

— В самые мрачные моменты я находился здесь, не в силах уйти. Если бы не моя собственная сила и крепкие дружеские связи, я чувствую, что мог бы поддаться этому влиянию.

— Зачем ты привел меня сюда, если не приводил Тень и остальных?

Его лоб по-прежнему был нахмурен.

— По нескольким причинам.

Я думала, что он на этом остановится, но прежде чем разочарование успело нахлынуть, он продолжил:

— Во-первых, это было наше совместное приключение. Несмотря ни на что, мне казалось неправильным приводить сюда кого-либо еще. Во-вторых, ни у кого из наших друзей нет такой связи с пустынями, как у нас с тобой. — Он тихо вздохнул. — И в-третьих, ты снова и снова доказывала, что власть не вызывает зависимости. Ты обладаешь, пожалуй, одним из самых мощных источников энергии в мире, и ты никогда не злоупотребляешь этим даром.

Это была та заботливая сторона Риза, которую я потеряла, и это чуть не убило меня.

— В Царстве Теней я единственный раз за столетия смогла развить свои способности сверх своих обычных возможностей, — тихо сказала я.

Его суровый взгляд смягчился улыбкой.

— Ты сияла, как чертова богиня. Это слегка шокировало мою старую систему.

— Я это заметила, — сухо ответила я. — Ты прервал многовековое противостояние, чтобы напомнить мне, что я жалкий, слабый воин.

С выдохом он опустил голову, и мне пришлось моргнуть, чтобы убедиться, что я правильно вижу это мимолетное проявление стыда.

— Теперь моя очередь извиняться, — сказал он. — Я вел себя как придурок, и, честно говоря, ты этого не заслуживала. Просто видеть тебя там, такую ​​чертовски сильную и совершенную — готовую и решительную сделать все, что угодно, чтобы спасти того, кого любишь, — это меня ужасно задело, и я не мог это забыть.

Сократив расстояние между нами, я положила руку ему на плечо.

— Мы движемся вперед, — напомнила я ему, — залечивая раны прошлого, чтобы у нас было другое будущее.

Его голос понизился до грубого шепота.

— А что, если я не хочу другого будущего?

Теперь уже я сама была в ярости.

— Я… я не понимаю. Ты хочешь, чтобы мы оставались врагами?

Он резко мотнул головой и прорычал:

— Нет, дело не в этом. Давай просто переживем следующие несколько лун, а потом поговорим.

Он сводил меня с ума своими препирательствами, но я не могла спорить с его утверждением. Через несколько лун нам, возможно, предстояло столкнуться с древними, поэтому не было смысла беспокоиться о будущем, пока мы не будем уверены, что оно у нас есть.

С трудом заставив себя снова сосредоточиться на окружающем, я толкнула его в бок.

— Ну ладно. Покажите мне тут всё.

Несмотря на все отвлекающие факторы — а именно, Риза, который был не только полуголым, но и эмоционально открывался мне, — неудивительно, что мы не продвинулись дальше подножия лестницы. По мере того как мы продвигались дальше, эта неровная серебристая дорожка расширялась в огромное круглое пространство. Стены и потолок высоко наверху были такими же серебристыми, как песок внизу. Этот древний грот был буквально пропитан силой.

Сначала меня ослепило яркое мерцание песка, но когда глаза привыкли к свету, вдали предстало невероятное зрелище.

— Лифорина, — воскликнула я, чуть не сбив Риза с ног от волнения. — Здесь есть вода.

Его смех сопровождал меня, когда я мчалась по рыхлому песку к тому, что выглядело как неглубокое озеро, омывающее берег.