— Арх-хан, сегодня они за свои товары хотят экскурсию за границами цитадели, а завтра что?

Я успел уловить краем зрения, как младший брат потянулся к дентайру, и вмешался, пока не стало поздно:

— Хватит!

Терекх неохотно отпустил рукоять клинка. Советник же стоял, не шелохнувшись, сложив крупные руки на груди и упрямо поджав губы.

— Шонхорн, я уважаю тебя как старого друга, но нюх сегодня тебя подводит. Возможно, люди и слабее нас как раса, но сотрудничество с ними выгодно. Если ты так не хочешь заниматься этой проблемой, то я поручу её Терекху.

— И что, этот щенок поведёт их за стены Шарршеорона? А если люди снова оскорбят Духов Предков? А если их съедят хтэрры?! Мы окажемся виноватыми! Арх-хан, это безумство чистой воды…

Голос друга звучал всё громче и громче, а когда в нём проснулись обвиняющие ноты, я не выдержал.

— Шонхорн, не забывайся! Ты оскорбляешь брата своего вождя, подумай над этим. До тех пор, пока я глава клана, я принимаю решения и говорю, как мы поступим! И если я говорю, что мы будем во всём помогать людям, значит, так оно и будет! Ты меня понял?!

— Да, мой вождь, — глухо отозвался ларк, хотя его голос меня не мог обмануть. Слишком непримиримым огнём ярости блестели глаза ларка. — Что прикажешь мне делать?

— Тебе — заняться делами клана и позвать Дайнагорна. А вот Терекх соберёт моих лучших воинов и отправит их на границу Вечного Леса. Люди хотят экзотику, и мы её им устроим.

— Ясно, мой вождь. Всё будет исполнено, — скрипнув зубами, отозвался друг детства, резко сжал ладонь в кулак и приложил к сердцу, развернулся и, чеканя шаг, вышел из зала.

Стоило Шонхорну покинуть зал, как Терекх взорвался негодованием:

— Он слепец, если не видит очевидного! Ты вожак самого крупного клана, объединяющего в себе пятнадцать стай, и ты единственный, кто пошёл навстречу в отношении людей…

— Терекх…

— Это полное неуважение…

— Терекх Шаррше Варкхарий Вакхаш!

Брат, насупившись, замолчал, но по широким скулам забегали желваки. Мы оба знали настоящую причину неприязни между ним и советником по внутренним делам клана.

— Я хочу, чтобы ты занялся организацией досуга для таноржцев и проследил за их безопасностью. Кроме того, не думай, что я не заметил, как ты потянулся к оружию. Я запрещаю тебе, Терекх, — слышишь? — запрещаю! Вызывать на бой Шонхорна или кого бы то ни было ещё! Тем более никогда не обнажай дентайр против членов своей стаи! Однажды эти воины будут прикрывать тебе спину…

— Думаешь, я не вижу, как они все смотрят на меня, Арх-хан?! — взвился ларк. — Думаешь, я не вижу презрения в их глазах?! Все мои награды, — он тряхнул головой, перекидывая длинные светлые волосы на другое плечо и демонстрируя чёрно-коричневую вязь на теле, — я получил от Духов Предков! Я даже хтэрра завалил однажды! Как он смеет так общаться со мной?! В конце концов, в один прекрасный день я тоже могу стать главой клана! Я достоин!

Я смотрел на младшего брата, на множество ритуальных узоров на его теле, на белёсый шрам, пересекающий бровь и левый карий глаз, и думал о том, что нет воина достойнее, чем Терекх. Но даже если бы его сила и ловкость превосходили мои собственные, вождём клана ему всё равно не стать.

— Терекх, подожди! — окрикнул младшего, когда тот направился к массивным двустворчатым дверям.

— Что?

Брат обернулся, а у меня защемило сердце. Я безумно сильно его любил и отдал бы всё на свете, чтобы он был счастлив и чувствовал, что всё, что я делаю — исключительно из любви к нему. И тем больнее было его расстраивать...

— Шонхорн отчасти прав. Люди слабы по сравнению с нами, их раса… оставляет желать лучшего.

Терекх сжал кулаки, но промолчал.

— Я не отрицаю, что они многого добились в плане науки, но они, во-первых, бесконечно далеки от традиций Ларка, во-вторых, они никогда не поймут нашу религию, и в-третьих, любая ларчанка будет счастлива выносить твоего ребёнка, а человеческая женщина… в общем, я не уверен. Да и физически они мельче и слабее, чем ларчанки. Я не хотел бы, чтобы ты разочаровался. Пожалуйста, не соединяйся с ними и передай это воинам.

— Как прикажешь, мой вождь, — не без раздражения ответил Терекх, повторил традиционный жест с прижатым кулаком к груди и вышел.

В дверях он едва не столкнулся со смотрителем границ клана, громко фыркнул и, не извиняясь, пошёл дальше. Пожилой ларк же низко поклонился вначале в удаляющуюся спину брата, а затем степенно прошёл в зал и вновь поклонился, но уже мне. Седые косы коснулись пола, тихонько звякнули вплетённые в них бусины и колокольчики.

— Мой вождь, ваш советник передал, что вы хотели меня видеть. Я могу чем-то помочь?

— Да, Дайнагорн, — ответил устало, но вместо того чтобы задать вопрос о землях, почему-то кивнул в сторону коридора. — Когда он уже поумнеет?

— Мудрость даётся тому, у кого есть опыт…