Посвящение Тьме. Таинство. Мука. Благословение. Его не опишешь словами, не выразишь весь ужас и восторг от того, что случилось со мной. Но именно теперь я перестала быть Юлей и стала Киариной – окончательно и бесповоротно. Именно сейчас, когда Тьма милостиво предложила мне выбор, показав картины моего далекого мира, Земли.

Хочешь вернуться? Шагай! Там смеется, качая на руках сына, кудрявая блондинка – Киарине идет этот цвет волос. Судя по небольшому животику – она ждет второго. Не знаю, насколько истинным было это видение.

Обстановка небогатая, но вполне добротная. Я слышу голос, как сквозь толщу воды, вижу, как двигаются чужие губы, как дергается рука, когда мое тело с чужой душой поворачивается к двери – как же дико видеть себя такую со стороны!

Я так и не увидела, кто вошел. Стало почему-то нестерпимо завидно. Больно. Неприятно. Но ни на миг не появилось желание вернуться. Это больше не мой мир. Не моя жизнь. Вернись я туда сейчас – что было бы? За кем она замужем и замужем ли? Как родители? Что с Андреем?

Лучше уж синица в руках – нестабильный дар, злобные родственники и странные твари. И лорд Сейлир… Тьма! Тогда мысль пришла запоздало – и обожгла пощечиной. Лорд Сейлир. Я не могу  оставить его, ведь между нами уже есть какая-то связь. «Пара» – сказал Моршерр. Но я ему не поверила. Я читала про пары тварей – это что-то иное. Может быть, куда более опасное.

Не знаю, сколько времени прошло. Мне казалось – что целая вечность. Вечность проверки на стойкость. Вечность, когда безжалостная могущественная сила испытывала меня на прочность. Вечность, пройдя которую, нельзя остаться прежним. И только мысли о маленькой чешуйчатой нахалке на запястье, усатом-синеватом и пока не полосатом Муле и нахальном хитром ширрасе, что обладал потрясающе мягкой шерсткой, не давали мне сгинуть   в этой тьме.

«Предательство не прощают», – откуда пришла эта мысль, когда я – потная, мокрая, дрожащая, все-таки сумела встать на ноги?

Если бы  я дрогнула хоть на миг. Отступила. Решила бы повернуться спиной ко всем, кто помогал  мне в этом мире – тьма бы растоптала меня.

 – Молодец, букашка, – дивный лик мелькнул передо мной на грани пробуждения, – стальная воля в теле почти ребенка. Живи, кнопка. Счастлив будет тот, с кем  ты свяжешь свою судьбу. Надеюсь, мой сын не подведет, – подмигнули мне черным с солнечными искрами глазом.

Сын?! Это что же, отец… Сейлира? Не Моршерра же? Откуда он тут взялся?!

Двери в комнате так и не появились – зато возникла воронка темного портала, из которой я весьма успешно вывалилась прямо на руки лорда Сейлира.

Горячие сейчас, его ладони показались мне удивительными хотя бы потому, что подтверждали  – я жива. Пусть меня трясет, пусть безумно хочется есть, пусть мне страшно даже вспоминать об испытании…

Я неприятность?! Да мне тоже есть что сказать!

Но прежде чем эти самые слова нашлись, меня, не спуская с рук, перенесли в тихие темные покои. За окном был знакомый пейзаж. Ласковое утреннее светило окрашивало оранжево-алым кроны деревьев. Виднелся заповедный лес и корпуса общежитий. Я рассматривала все что угодно, лишь бы не  ощущать, как горят губы от этого дикого укуса-поцелуя. Лишь бы не обращать внимания на то, как крепко прижимают меня к себе руки, как чуть подрагивают пальцы той руки, что сжимает сейчас мое плечо.

 – Хозяйка, я тебе  хвост сейчас  отожру! У меня сердечный приступ! Разрыв селезёнки! Усы выпали, шерсть потускнела!  – Раздался вдруг знакомый задиристый вопль, и синенькая тень метнулась ко мне, пытаясь крепко обнять всеми  лапками.

Четырьмя лапками и парой крылышек. Муль! Лед в груди оттаял.

Вот только даже уложив меня на диван, лорд Сейлир и не подумал уходить. Сверкнул страшными черными сейчас глазами – почти как у лорда Моршерра – и ухватил пальцами за подбородок. Да  что у них за привычки такие?!

 – Магистр…

Одной рукой я чесала нервно бьющего хвостом Муля.

 – Ни слова больше. У меня огромное желание запереть вас в самой высокой башне без окон и дверей. Безрассудная девчонка!  – Крылья тонкого носа подрагивали, губы кривились, а на меня мрачно и торжественно смотрели укоряющие и выносящие приговор глазищи.

 – Магистр, а ведь моя магия восстановилась после  обряда, – поспешила я обрадовать его. В связи с тем, что ещё шепнула мне тьма напоследок… нежелательны  для меня, ой, как нежелательны сейчас «тесные» контакты с некими лордами! Да и вообще с мужским полом!  – Теперь я смогу учиться дальше, и даже помощь Лейорна не понадобится!

 – Я бы убил этого мальчишку, если бы не хотел портить наши отношения с Мором ещё сильнее, – скривился лорд Сейлир, – о чем  ты думала, когда пошла с ним?  – Рык.

Я вывернулась из-под чужой руки, откинулась на подушку. Сердце заходилось.

 – О том, что, быть может, перестану быть слабой. Что меня перестанут растаптывать и оскорблять! – Прямой взгляд в глаза. Холодно. Но больше не страшно. – Что я смогу не только противостоять сво… магам, но уничтожить когда-нибудь тех, кто сделал мою жизнь разменной монетой, – выдохнула, беря себя в руки.