А я вдруг поняла, что все правильно сделала. Ведь пять капель - это для обычного человека, а для потомка орка и оборотницы в самый раз. Повезло мне. Был бы человеком, пришлось бы с ним повозиться.

– Второй раз ты меня на ноги ставишь, Ведяна, – и дядька Симеон даже приложил руку к сердцу.

Я вся запунцовела. Как же здорово, когда можешь помочь! Бабуле спасибо. Вот бы сейчас она за меня порадовалась-то…

– А теперь давай-ка пойдем, а то дядька Силай уже брови свел. Сердится, значит.

Я скорее оглянулась и никакого дядьки не заметила. Пусто было в столовой. И даже витринки опустели.

Выходит, есть у них тут домовые-то? Ну, Слава Светлой матери.

Хоть на кухне есть, и то благо. Интересно, почему мне-то этот дядька Силай не показался?

Я повернулась к мужчине, который уже налил себе чайку из этого, как его, титана. И с блаженным видом в один глоток с ним покончил.

– Уходим, уходим, дядька Силай. Благодарствуй за чаек, – он махнул мне рукой, и я поспешила на выход. 

Вопросы были. Но, похоже, лучше задать их попозже. 

А то ведь видеть я не видела, но четко услышала, как кто-то недовольно фыркнул и что-то пробормотал в ответ.

Только мы вышли, как дверь в столовую с грохотом закрылась. 

Вот тебе и чаек в течение дня. 

Дядька Симеон понятливо хмыкнул:

– Не боись, Ведяна. Откроет дверь через пару минут. Отходчивый у нас он. Но порядок любит.

Глаза у дядьки Симеона посветлели, сразу видно, что о головной боли он уже и думать забыл.

– Пойдем-ка, Ведяна, я тебя на постой определю, – вдруг сказал он. 

А я даже остановилась:

– Опять туда, на чердак? – и жалобно посмотрела на свежего, полного сил мужчину.

Тот же только подмигнул:

– Нет, адептка Маленская. По распоряжению ректора тебе выделено отдельно стоящее здание старого фонда.

– Ректора? Значит, мы сейчас не к нему идем? – я почувствовала, что щеки мои наливаются жаром.

Ведь он же сказал, что потом все расскажет и вообще…

Дядька Симеон отмахнулся:

– Сейчас не до того. Да и отдал он уже распоряжение. А насчет разговора, – тут он покосился на меня, – вызовет, не сомневайся.

– Вот проведет беседу с одним охламоном, – э-э-э… Я хотел сказать, с одним из наших лучших пятикурсников, так и до тебя очередь дойдет.

Я вздохнула. Значит, разговор откладывается. А до тех пор я буду щеголять в Академии в этих вот юбках и одной-единственной блузке, которая уже и с дыркой. И в пятнах.

Ладно. Вымою, заштопаю.

Дядька Симеон шел бодро. Мы миновали дом ректора и мне вдруг показалось, что в окне на втором этаже мелькнула тень. Ведь эта та же самая комната, кабинет его.

И стол ректора как раз у самого окна стоит.

Я прищурилась и тотчас отвела взгляд. Не показалось. На меня практически в упор смотрел Сандр Огненный. И в глазах его, да и вокруг, полыхал огонь.

Глава 18

Сердце у меня остановилось, а потом забилось как сумасшедшее.

Я вцепилась в руку дядьки Симеона:

– Там… Дядька Симеон, там с ректором что-то… Глаза у него… Да там огонь!

Мужчина разом напрягся и хмуро на меня посмотрел:

– Запомни раз и навсегда, ведьмочка. Сандр Огненный - архимаг Огня. И огонь в его глазах - явление нормальное. Ну, не сказать, что совсем обычное, но когда имеешь дело с Никасом Ланьери, – тут он хмыкнул и с явным сочувствием посмотрел в окно.

Правда, ректора там уже не было.

– Так что, Ведяна, запомни. Последнее дело выводить из себя нашего ректора. Можно отделаться испугом, а вот раньше, еще при его деде, как-то раз пришлось заново ректорский корпус отстраивать, – тут дядька Симеон вздохнул, и как-то вот так, будто даже скучал по тому событию.

Интересно, а сколько ему самому-то лет? Я искоса взглянула на мужчину. Про таких говорят, что “в самом соку”. Вот Силка, кузнец наш, примерно так выглядел. Но Силке-то лет сорок пять, ужас! И это самый сок?

Не знаю, не знаю. 

Я понятливо кивнула. А вот интересно. Ведь архимагом-то просто так не становятся. Особенно в такие-то молодые, ну, для архимага годы, как у ректора.

Я еще понимаю, лет в сто-сто пятьдесят.

Во сколько же тогда наш… ректор стал архимагом-то? Вот никак у меня не укладывалось в голове. Или…А что, если ему на самом деле вовсе не тридцать восемь-то лет?

Я нахмурилась и тотчас себя отругала. Что это со мной? Да какое мне дело до того, сколько лет ректору Боевой Академии!

Правильно. Никакого мне дела нет. 

– Куда идем-то, дядька Симеон? – я отвернулась от ректорского дома, хотя вот что-то внутри меня так и тянуло еще разок взглянуть в окно.

Но смотреть я не стала. Вот еще. Что я, архимагов не видела? Вон, в бабулиной книжке нагляделась. 

Настроение почему-то испортилось совершенно. Котелок стал оттягивать руки. Странно. Вот до этого самого момента я и веса его не чувствовала.

– В твои новые пенаты, ведьмочка, – усмехнулся дядька Симеон, но глаза его так и забегали.