В груди разверзлась пропасть, такая удушающая, что у меня перехватило дыхание.

— Ты понял это до или после того, как поцеловал Скотта?

Я тоже по тебе скучаю.

— Я знаю, что ошибся. Но ты не давал мне никакой уверенности, Джекс. Я думал, что не…

Он запнулся и опустил голову, избегая моего настойчивого взгляда.

— …не важен для меня? — закончил я за него, приподняв бровь.

— Что я недостаточен для тебя, — тихо пояснил он.

— Я знаю, что говорил всякую чушь раньше. Но я пытался показать тебе…

Блейз поднял подбородок, и наши взгляды встретились так точно, что я забыл всё — даже то, что собирался сказать.

— И что же ты пытался показать? После нашего первого раза ты выставил меня за дверь, потому что тебе нужно было бежать разбираться с очередными глупостями своих друзей. Если ты что-то и доказал, так это то, что для тебя я всегда буду на втором месте.

— О чём ты говоришь?

Он нервничал, но и во мне всё бурлило. Я не мог перестать покусывать зубами пирсинг в губе.

— Прошёл всего час, Джекс. Пришёл Джеймс, и ты… ты просто перечеркнул всё, — объяснил он слабым голосом, который к концу фразы надломился.

— Мне жаль, ясно? Я был идиотом. Это ты хочешь услышать?

— Нет. Я хотел услышать это в тот вечер.

Естественность, с которой Блейз умел признавать такие вещи, всегда лишала меня слов. Мне хотелось послать его к чёрту, сказать, чтобы он прекратил, но наши взгляды не позволяли этого. Колеблясь, я невольно уставился на его слегка дрожащую нижнюю губу...

— В тот вечер я ждал, что ты позвонишь. А ты пошёл гулять с друзьями и наплевал на моё состояние. На мои чувства к тебе, Джекс.

Состояние? Чувства?

От его слов я словно прирос к месту. Блейз упорно продолжал говорить об эмоциях — даже после того, как сам при первой же возможности предал моё доверие. Почему?

В ответ на моё молчание он решил уйти, но прежде чем успел сделать шаг, я резко схватил его за руку. Моя горячая ладонь обхватила его, и от этого прикосновения он вздрогнул и вспыхнул. Уверенным движением я притянул его к себе, позволяя его груди столкнуться с моей. Чуть опустил голову и коснулся его скулы кончиком чувствительных губ.

— Блейз, даже если я не перезвонил… я всю ночь думал о тебе.

— А на следующий день? — скептически поддел он, приподнимая подбородок. Наши губы не соприкоснулись лишь на долю дыхания. — И ещё на следующий?..

Я сорвался: попытался заставить его замолчать поцелуем, как привык делать с ним раньше, но Блейз повернул голову, избегая близости.

Чёрт.

— Пойдём, я подвезу тебя в школу.

Уязвлённый в гордости, я постарался сохранить спокойствие. Не хотел показывать, что меня это задело, хотя Блейз знал меня слишком хорошо и смотрел с недоверием.

— Я просто предлагаю подвезти, — бросил я, направляясь к машине, припаркованной у тротуара.

Блейз пошёл за мной, но замедлил шаг у пассажирской двери.

— Если в школе увидят, что мы приехали вместе…

— Мне плевать. Тебя такой ответ устраивает? — резко ответил я, прежде чем забраться в пикап.

Я дождался, пока он устроится на пассажирском сиденье, и, пока он возился с ремнём безопасности, завёл двигатель и тронулся в сторону школы.

— Твой отец знает?

— Нет, — пробормотал он, глядя в лобовое стекло.

— А мать?

Я сосредоточенно смотрел на дорогу, но краем глаза заметил, как он пожал плечами.

— Думаю, да, Джекс. Наверное, она сама всё поняла.

— Тебя пугает мысль, что они могут узнать?

— Думаю, никому не должно быть интересно, с кем я сплю. Это моё личное дело, и мне не хочется обсуждать это с родителями. А вот если однажды у меня появятся серьёзные отношения, тогда разговор будет другим.

Серьёзные отношения?

— Согласен, — едва слышно произнёс я, борясь с удушающим узлом, внезапно стянувшим грудь.

— Почему ты спросил, Джекс? — резко повернулся ко мне Блейз.

— Потому что в тот день казалось, будто ты хотел прокричать об этом на весь мир. Мы только что были вместе… тебе нужно было дать мне немного времени всё переварить, — пожаловался я, напрягая шею.

— Мне было важно лишь, чтобы Джеймс знал. Тогда бы он перестал к тебе прикасаться, — прошептал он.

— Ты же знаешь, он всегда такой. Он и с тобой так себя ведёт, — отрезал я. — И потом, с Джеймсом всё было сложно.

— Было?

— Да.

Я бросил на него быстрый взгляд и увидел, как на его лице проступила разочарованная гримаса. Мой уклончивый ответ его явно не устроил.

Я остановил машину прямо перед воротами школы, но Блейз не спешил выходить. Я постукивал пальцами по рулю, выдавая своё беспокойство — он будто ждал от меня чего-то. А я никогда не умел открываться. Ни с кем. Даже с ним. Слова застревали между зубами.

— Больше тебе нечего сказать? — осторожно спросил он.

— Я же сказал. С Джеймсом всё было сложно, но теперь — нет.