— Джас, твоя мама здесь, потому что ей плохо, — объяснила я. Он посмотрел на меня. — Но она скоро поправится. Хочешь увидеть её сейчас?

Джаспер встал и направился к комнате, и я поняла его ответ без слов. Когда я шагнула внутрь вслед за ним, моё внимание сразу привлекла густая рыжеватая грива волос. Это меня немного удивило, ведь я ожидала увидеть женщину, изуродованную болезнью и агрессивным лечением. Реальность оказалась другой. Женщина села, как только увидела нас.

— Джаспер… — тихо произнесла она.

Он сделал несколько шагов, но остановился, не подходя слишком близко. Потом синие глаза матери устремились на меня.

— Ты… я тебя уже видела.

— Я Джун. Я была у вас дома вместе с Джеймсом.

— Ах, да…

Её взгляд снова заискрился, когда она посмотрела на сына, и я осталась в стороне, у дверного проёма.

— Можешь сесть здесь? — предложила она, указывая на вращающийся табурет.

Он быстро схватил его и устроился поудобнее.

— Как ты, Джаспер?

Мальчик наклонил голову в сторону, разглядывая силуэт женщины, лежащей на кровати. Он не произнёс ни слова.

— Как Вы себя чувствуете? — попыталась я разрядить молчание. — Джаспер хотел бы это знать.

— У меня небольшие проблемы с дыханием, ничего, что требовало бы операции. Так что завтра меня выпишут. Можешь обращаться ко мне на «ты», Джун.

Женщина протянула руку к Джасперу, и хотя он сначала растерялся, согласился положить свою ладонь в её. Потом они посмотрели друг другу в глаза.

— Вы вернётесь домой? — спросила я.

— Да. Хотя не то чтобы я рвалась домой. Здесь есть кто-то, кто заботится обо мне, с кем можно перекинуться парой слов… Хотя некоторые медсестры слегка сварливы.

Вдруг Джаспер резко встал. Похоже, ему уже хватило, и ему нужна была передышка от слишком многих социальных взаимодействий.

— Джас, хочешь, сходим за перекусом? — предложила я, заметив, что он направляется к двери.

— Спасибо, что зашли. Ты не такая, как твой брат, — сказала мать, провожая его взглядом.

Я напряглась.

— Джаспер, я пойду за тобой. Для меня возьми Twix, спасибо.

Я дождалась, пока мальчик выйдет из комнаты, и повернулась к её матери.

— Есть что-то, что ты хочешь мне сказать, Джун? — слабым голосом спросила она.

— Мне очень жаль из-за Вашей болезни, но я не могу не спросить кое-что, — призналась я.

— Если это касается Джеймса, не стоит. Для него я уже словно умерла, — холодно сказала она.

Её ледяное выражение лица пробудило во мне сильное желание защищать Джеймса.

Как она может говорить так о нём?

— Почему Вы говорите так о мальчике, которого растили? Может, дело в том, что… Вы его не растили. Со всеми его недостатками, Джеймс — лучший человек, которого я знаю. И мне важно, чтобы вы это знали.

Женщина не стала мне возражать, но с высокомерной улыбкой уменьшила значимость моих слов.

— Ты просто влюблённая девочка.

— Как вы можете такое говорить? — воскликнула я, не сдержавшись.

— Я говорю это, потому что и сама когда-то была ослеплена любовью. К неправильному человеку, — объяснила она, будто убеждённо.

— Вы же говорите о своём сыне. О сыне, которого даже не знаете. Вы ничего о нём не знаете.

— Возможно, Джеймс тебе не говорил, но я пыталась восстановить с ним отношения, и…

— Нет. Вы только наградили его неуверенностью, — перебила я. — Вы не знаете, о чём он мечтает или чего боится, даже сегодня. Потому что у Джеймса есть страхи. И их много.

Возможно, я сказала это слишком резко, потому что лицо женщины стало заливаться слезами.

— Джун…

— Слезы, которые Вы проливаете сегодня, никогда не вернут то, что Вы отняли у него в прошлом. Доверие к другим. Право чувствовать себя любимым. Я не хочу перекладывать вину на Вас, но Вам нужно это знать: Вы сломали его, но он всё равно сумел идти дальше.

Я глубоко вздохнула, собирая мысли и смелость.

— Поэтому да, возможно, он не такой, как Джаспер, это правда. Но истина в том, что никто не такой, как Джеймс.

Я только что раскрыла всю свою уязвимость перед совершенно незнакомой женщиной. Я двинулась инстинктивно и выбежала из комнаты.

Возможно, я была слишком строга, но не смогла сдержаться. Она не имела права делать такие намёки про Джеймса.

Я шла по коридору, с опущенными глазами и слезящимися глазами, и вдруг столкнулась с кем-то. Сразу узнала его запах.

— Джеймс, ты ещё здесь?

Я подняла взгляд на него. Он смотрел на меня сверху с каким-то странным выражением лица. Он приоткрыл губы, но казался растерянным, будто подбирал правильные слова.

— Не говори, что… ты слышал всё? — спросила я испуганно, уже чувствуя его крепкие, успокаивающие объятия.

— Ты — единственная, кто всегда был на моей стороне, — произнёс он вслух.

— Я всегда буду рядом, Джеймс.

Наши губы соприкоснулись, и у меня в животе пронеслись искры.