— Хм-м. — Я обошел ее, провел пальцами по спине и заставил задрожать. — Здесь ее не видно. Придется искать тщательнее.

Я встал сзади, отвел темно-синие волосы с плеча и провел клыками по шее.

Она вздрогнула и тихо рассмеялась.

— Она не прячется в моей одежде, Лэнс.

— Ты уверена? Лучше проверить наверняка.

— Габриэль сказал, что мы должны ее найти.

— Технически он сказал лишь, что нам нужно прийти в оранжерею. Возможно, шапка сама нас найдет, как пряничный человечек. — Я сжал ее бедро и притянул спиной к себе.

— До сих пор не верится, что Джеральдин его съела, — прошептала Дарси, разрываясь между восхищением и ужасом.

— То еще было зрелище. За свою жизнь я повидал многое, но это… это было нечто особенное.

— Не понимаю, травмирована я или очарована, — согласилась она.

— Один только объем поглощенного пряника… — недоверчиво пробормотал я.

— Событие, которое увидишь раз в жизни, — прошептала Дарси. — Ужасное, но… необыкновенное.

— Привет, — сказал Тарикс. Я вздрогнул от неожиданности и отступил от Дарси.

— Ты видел кого-нибудь из слуг? — спросила она. Я понимал, что ее тревога лишь усиливалась, потому что во время охоты мы так и не нашли ни одного.

— Нет, — ответил Тарикс, не собираясь добавлять что-либо еще об этой загадке.

— А что-нибудь другое нашел? — с надеждой спросила она.

— Только это. — Он указал за наши спины.

Мы обернулись и увидели появившуюся там дверь. Она неприметно стояла между двумя папоротниками в горшках, украшенная большим рождественским венком. Но исходившая от нее сила была поистине зловещей.

Тарикс прошел мимо, открыл дверь и вошел. Раздался звон колокольчиков, тот самый, который мы слышали, когда прежде охотились на Крампуса.

Это наверняка ловушка.

— Стой, — ахнула Дарси, но дверь захлопнулась за Тариксом прежде, чем она успела его остановить.

Дарси бросилась к ручке, однако та исчезла, едва ее пальцы сомкнулись.

— Черт, — потрясенно выругался я. — Я ведь мог что-нибудь сделать. Воспользоваться скоростью Вампира и последовать за ним. Хоть что-то. Но просто стоял и смотрел. Что ж… скорее всего, с ним все в порядке.

— Скорее всего? — Дарси резко повернулась ко мне. — Он только что вошел в мистическую дверь, которую Крампус совершенно точно создал, чтобы заманить его внутрь.

— Но это Тарикс. — Я пожал плечами. — Он справится.

Дарси задумалась.

— Он создание тени и смерти, — рассудительно произнесла она.

— Именно, — согласился я и снова скользнул ближе. Обнажил клыки, поймал ее за волосы и запрокинул голову, открывая горло. — Давай сыграем, чтобы скоротать время. Я попробую тебя укусить, а ты попытаешься меня остановить.

Она вырвалась и попятилась с озорством в глазах.

— Хорошо, но сначала тебе придется меня поймать. И никакой скорости Вампира, — предупредила она, развернулась и побежала в лабиринт растений высотой до потолка.

Я дал ей пять секунд форы, а затем отправился следом. Эта охота нравилась мне куда больше скучных поисков рождественской шапки. Наверное, стоило сильнее беспокоиться о безопасности Тарикса, но он привык действовать в одиночку. Я видел, на что он способен. С ним все будет хорошо.

Я крался за своей девушкой по оранжерее, слыша впереди тихие шаги. Далеко она не уйдет и сама это знала. Скорее всего, попробует спрятаться.

— Я подвесил их за ноги, так высоко натянул, — пропел мужской голос слева.

Я нахмурился и вышел на круглую площадку, где между кольцом розовых кустов стояли стол и стулья. Там находился Леон в фартуке для выпечки и с шапкой Санты на голове.

Я поднял брови.

— О, ты ее нашел.

— Да. И тебя тоже, — промурлыкал он. Я заметил, что его зрачки полностью расширены. — Подумал, мы могли бы спеть-распеть-зазвенеть вместе рождественскую песенку.

Я прищурился. Он вел себя странно. Даже по меркам Леона.

— Давай ты просто отдашь мне шапку, а потом мы вместе споем, — солгал я, протягивая руку. Черта с два он заставит меня петь.

— Вот эту? — Леон указал на красную шапку и холодно рассмеялся. — Это мой пушистый друг. Ее ты не получишь. Она нашептывает мне о пудинге и омеле.

Шапка засияла зловещим красным светом, и мои мышцы напряглись в ожидании нападения. Я не успел ничего сделать. Магия ударила в грудь и заставила во весь голос запеть.

— Бубенцы, бубенцы весело звенят! Как прекрасно резать мне лицо подряд — эй!

Леон подкрался ближе и с широкой кривой улыбкой протянул мясницкий нож. Сердце дернулось, когда мои пальцы сомкнулись на рукояти против воли. Я поднес лезвие к лицу и изо всех сил сопротивлялся захватившей меня магии, а мышцы дрожали от напряжения.

— Присоединяйся к друзьям, — призвал Леон. — Мы все вместе срежем себе лица!

Из теней появились Джеральдин и Макс, хором исполняя жуткую гребаную песню.

— Мчимся сквозь снега, нож, нож, нож у нас. Как прекрасно умереть в рождественский сей час — класс!