Таинственный вампир подчинил мой разум своей воле — то, что должно было быть невозможно. Я мало знала о дарах живых вампиров, но знала, что мы невосприимчивы к контролю над разумом. Моя психическая уязвимость, должно быть, была еще одним симптомом крайнего истощения. Это осознание было удивительным, но не таким шокирующим, как сама его способность подчинять разумы вообще.

Он был не просто вампиром-нежитью, он был стражем, поднявшимся над базовым уровнем вампирской иерархии через таинственный ритуал под названием Второй Ритуал, тогда как Первый Ритуал — это процесс первичного превращения человека в вампира-нежить. Из смертного в бессмертного. Ксавьер был покрыт поразительными светящимися сигилами, дающими стражам их усиленные силы, включая разный уровень контроля над разумом смертных.

Хотя у Ксавьера я лишь пару раз ловила проблески его сигилов, светящихся серебром, будто созданных из чистого лунного света. Их появление обычно было нашим первым сигналом, что кровяная настойка слишком сильна и нуждается в корректировке. Ксавьер и я искали тонкий баланс, желая сохранить меня здоровой, но также нуждаясь в подавлении моей инаковости.

Единственные вампиры, более могущественные, чем стражи, — это королевы, зрелые живые вампиры. Чрезвычайная сила королевы уравновешивалась ее смертностью. Хотя я была совершенно невежественна в тонкостях даров королевы, я технически вписывалась в эту категорию, слабая и бессильная, какой я была.

Моя потребность скрываться среди людей, подавлять свои врожденные силы, чтобы казаться человеком, была причиной, по которой Ксавьер вообще разработал кровяную настойку, вместо того чтобы просто кормить меня своей бессмертной кровью, что было бы гораздо проще. Однако в сыром виде его кровь усилила бы мою магию, делая меня более очевидной мишенью. Он планировал пробудить мои силы и обучить меня, когда я достигну совершеннолетия в девятнадцать, но к тому времени его уже много лет не было.

Несмотря на эту огромную накладку, его стратегия скрывать меня сработала. Я не встретила ни одного бессмертного с тех пор, как ушла от убийц-оборотней из Дома Солнца, которые пришли за мной после исчезновения Ксавьера. Те же ублюдки, которые, как я могла только предположить, были ответственны за его исчезновение.

До двух ночей назад. До той встречи в туалете бара. До того, как некий вампир-страж по имени Гэвин нашел меня, дал мне свою кровь, а затем подсунул свою карточку в мой карман и исчез.

«Сейчас этого достаточно».

Его голос прошептал в моем сознании.

— Еще нет.

Его слова подразумевали намерение увидеть меня снова. Накормить меня снова.

Слюнные железы покалывало, рот наполнился слюной, когда я вспомнила насыщенный, соблазнительный вкус его крови. Как темный шоколад с легкой ноткой какой-то экзотической специи. Низ живота сжался, когда я вспомнила, как это подействовало на меня в тот миг, когда коснулось языка. Я жаждала его, будто умирала с голоду. Будто была зависима от его крови.

Я с трудом сглотнула, карточка дрожала в руке. Прежде чем я осознала, что делаю, я вытащила телефон из бокового кармана леггинсов и набрала номер с карточки. Большой палец завис над кнопкой вызова, пока я вспоминала глаза вампира. Его серебряные глаза.

Глаза, которые я видела во снах, где он наполнял меня и своим телом, и своей кровью.

Еще один голос прошептал в моем сознании. Голос моей сестры.

— Найди Гэвина, вампира с серебряными глазами. Только он теперь может тебя защитить.

Я снова задумалась, действительно ли Амая была на моей кровати той ночью. Теперь, когда я знала о свежей бессмертной крови в моем организме, это казалось еще более вероятным. Я, честно говоря, не знала подробностей своих подавленных сил, но не думала, что способность видеть призраков выходит за рамки разумного.

Если я попробую еще бессмертной крови, может, я смогу пробудить больше своих сил. Или, что еще лучше, может, этот вампир поможет мне понять все, на что я способна. Он, очевидно, знал, кто я. Вампиры не ходят и не заставляют обычных людей пить свою кровь. Для человека это не сделает ни черта, кроме как вызовет отвращение.

Дрожь прокатилась по позвоночнику, когда я снова вспомнила декадентский вкус его крови. Я облизнула губы, пересохшие от жажды, которую вода никогда не сможет утолить.

Еще больше предупреждений Амаи прошептало в моем сознании.

— Они нашли тебя. Ты не можешь здесь оставаться.

Если моя сестра была реальна, если ее призрак действительно явился мне и говорил со мной, значит, Дом Солнца нашел меня, и я в крайней опасности. У меня не было выбора. Я должна была связаться с этим вампиром.

Я прижала большой палец к экрану телефона, чтобы сделать звонок, прежде чем я могла бы струсить, затем нажала выше на экране, чтобы включить громкую связь. Шли гудки.

И еще гудки.

И еще гудки.

— Это Гэвин Ли. — Его голос был шелковистым баритоном, от которого волна мурашек прошла по рукам.

Я сделала дрожащий вдох, и слова хлынули из меня потоком.

— Привет, эм, меня зовут Софи. Мы встретились той ночью в «Кракене». Ты дал мне свою карточку и, ну, кажется, мне нужна твоя помощь.

Он молчал долго.