Интересно, куда всё же определят меня? Ведь до недавнего времени магия во мне, как и в сёстрах, еле теплилась, а теперь... я пока сама не поняла, что со мной произошло, но магии стало больше. Я ощущала её течение по венам, её прохладу и жар в груди. Странное сочетание, непонятное для меня. Нормально это или нет, я не знала, ведь сравнить было не с чем. Тем более я до сих пор не могла понять, что за магия во мне проснулась. Ничего необычного я так и не замечала.

Но решила, что спрошу после распределения у мэтра, а пока надо запоминать дорогу и где какие факультеты находятся, ведь академия была огромной. Каменные стены, широкие коридоры с лавочками, магические светлячки под высокими потолками. Сейчас они светили тускло, но я слышала, что они зачарованы на смену времени суток и становились ярче, когда это нужно. Очень необычно для нас, люди не привыкли тратить магию на такие простые вещи.

Когда я бродила по этажам и заглядывала в коридоры, то обнаружила, что здесь представлены все виды стихий и даже их уникальные проявления. Например, я заметила, что водники могут управлять водой по-разному: кто-то обращается с ней как с жидкостью, кто-то — как с паром или льдом, кто-то придаёт ей цвет и форму, создавая удивительные водные скульптуры. Одна из таких фигур — водяной дракон — красовалась у входа на их этаж. И это не была ледяная скульптура, а именно водяной дракон, который словно жил своей собственной жизнью, постоянно циркулируя и создавая ощущение движения. Удивительно! На других факультетах я тоже заметила нечто подобное.

Здесь оказалось привычно, если бы не несколько но. Мы отличались от драгхаров. И дело даже не в иной форме, длине юбок и нашем небольшом росте, хоть я и выше обычной человеческой девушки, а в особенной ауре. У людей она слабая, практически незаметная, когда как аура любого драгхара была настолько сильной, что буквально сбивала с ног, если находиться с ним в одном помещении долгое время. А если вокруг сотни драгхаров...

Именно поэтому у всех адептов и мэтра Орно на запястьях висела ничем не примечательная цепочка — артефакт, позволяющий находиться рядом с ними без вреда для здоровья.

Наконец перед широкой деревянной дверью мы остановились.

— Здесь комиссия, — обратился к нам мэтр. — Я должен ходить с ними и следить за соблюдением правил проверки ваших сил и умений. Вы остаётесь в коридоре и ждёте. Вас будут вызывать по очереди.

Он осмотрел нас, убедился, что мы всё поняли, и скрылся за дверью.

Мы снова разделились на группы по интересам: девчонки встали в одну сторону, парни — в другую. Меня, конечно, никуда не позвали, но я не расстроилась. Наоборот, у меня появилось свободное время и я могла немного отдохнуть. За последние дни я находилась в постоянном напряжении. Поэтому присела на каменный подоконник, игнорируя пренебрежительные взгляды, и стала наблюдать за драгхарами.

В коридоре не было толпы адептов. Пока погода стояла тёплая, все предпочитали проводить время на улице, греясь на солнышке. Здесь находились только мы и две группы парней-драгхаров у дальней стены. Они поглядывали на нас, но не проявляли особого интереса, что, несомненно, радовало.

Может быть, зря я согласилась на этот обмен? Может быть, мне стоило остаться в академии Освир, дождаться Белль и доучиться вместе последний год? Подумала и тут же покачала головой. Нет, в людской академии до нас легко мог добраться дядя и потребовать выдать беглянок под крыло опекуна, а там произошло бы то, от чего мы вместе с сёстрами убежали. Так что я правильно сделала, что согласилась. Пусть здесь будет сложно, но зато дядя меня точно не найдёт. Интересно, удалось ли сестре доехать до академии или... Нет, о плохом я решила не думать. Пусть переговорное зеркало пока не отвечало, но я надеялась, что оно просто сломалось и у неё всё хорошо. Где бы она ни находилась.

Через несколько минут дверь открылась, и высокая стройная красивая драгхарка, одетая в строгое платье, звучно произнесла:

— Люцина дель Войнер.

Дочь второй фрейлины королевы, гордо задрав подбородок, покинула своих подруг и скрылась за дверью. Она была уверена, что стала лучшей.

Спустя примерно десять минут Люцина вышла из кабинета и с торжеством объявила, что её распределили на факультет водников. Как оказалось, её стихия — лёд, а заклинания, связанные с замораживанием, ей удаются лучше всего.

Следующим вызвали Наддара Гренслина, сына министра финансов. Его распределили на огненный факультет. Гордона, что было вполне ожидаемо, определили к целителям. Этот парень действительно умел залечивать раны и готовить сложные зелья.

Всех вызывали по одному. Те, кто уже прошёл проверку, дожидались своих друзей и вместе скрывались в коридорах, чтобы успеть забежать в библиотеку за учебниками, к кастеляну, к декану и отнести свои вещи в дом. С каждой минутой коридор становился всё более пустынным и неуютным. Спустя почти полтора часа в нём не осталось никого, кроме меня. Даже драгхары куда-то исчезли.

Как же мне хотелось, чтобы меня уже вызвали!

— Адалинда Лэйн.

Хоть я и ждала, когда же прозвучит моё имя, но всё равно вздрогнула от неожиданности. Встала с подоконника и пошла в аудиторию.