– Немного волшебства, – улыбнулся он обезоруживающе, следуя за нами.

Я даже подумала, что мне следует начать вырываться, однако силы были явно не равны. Меня окружала целая армия щебечущих девиц.

В мягкое кресло перед зеркалом я села как в пыточный агрегат. Меня тут же укрыли простынёй, наклонив на этом чудо-приспособлении немного назад, и принялись надо мной колдовать.

При этом я совершенно не могла сосредоточиться и подумать. Их стрёкот не прекращался ни на минуту. Стоило одной похвалить мою шею и спросить предпочитаю я высокие причёски или струящиеся кудри, как вторая уже уточняла про желаемый цвет ногтей. Но самое противное, что я не успевала даже отвечать!

Пока я сомневалась с причёсками, Мейсон попросил открыть шею. А когда не поняла, какого цвета могут быть ногти, он выбрал голубой!

Я твёрдо знала, что мне стоит возмутился и отстоять свою позицию! Мешали только две вещи: я не знала какая она у меня и совершенно расслабилась от умелых прикосновений сотрудниц.

Меня умывали, причёсывали, мазали кремами, красили и что-то колдовали на руках. В определённый момент я даже перестала пытаться угадать что со мной происходит. Я в принципе и так понимала, что по воле Мейсона от моей маскировки не останется и следа. Однако, весь ужас осознала только когда меня усадили перед зеркалом ровно и предложили:

– Полюбуйтесь, как чудно вы выглядите!

В отражении на меня смотрел полный провал моего плана. Конечно, как и всякая девушка я считала себя симпатичной. Однако сейчас выглядела настолько потрясающе, что любой пролетающий мимо дракон мог попытаться меня украсть.

Ресницы у меня словно стали длиннее, глаза – ярче, а блестящая помада придавала губам особое притягательное очарование. Локоны красиво обрамляли лицо. А ногти...

– Богиня, что это? – восхищённо выдохнула я, глядя на блестящее покрытие словно из нежно-голубого сахара.

– Это новая мода из Северного Княжества. Можно носить почти месяц, – пояснил за всех Мейсон. – Пока в империи делают только здесь. Нравится?

– Безумно! – честно призналась я, совершенно позабыв о своей изначальной роли.

24

Опомнилась я только, когда с меня убрали простыню, и я осталась в траурном одеянии. В этот момент я совершенно растерялась: то ли возвращаться к образу нудной невесты, то ли просить поменять на подходящее теперь мне платье. Однако Мейсон определился с этим заранее.

– Я подобрал на свой вкус несколько нарядов. Не откажешься ли их примерить?

Из вредности я собиралась отказаться, однако в этот момент в комнату впорхнули вещи. Дивные платья по фигуре с кружевными вставками, парящими рукавами и прекрасными украшениями! Нежных цветов, с переливами ткани! Я просто не могла отвести от них глаз – мне хотелось примерить каждое! Из последних сил, собравшись с духом, я пискнула:

– Такие наряды не подобает носить юным девушкам.

Но в этот момент ко мне подошёл Мейсон. Положив руки мне на плечи, словно змей искуситель, он склонился к ушку и прошептал:

– Ты без пяти минут замужняя женщина. К чёрту правила для юных девушек.

Это оказался первый реальный аргумент для замужества! Поддалась соблазну я с удовольствием! Меняя наряды, к каждому я подбирала туфельки, перчатки, украшения для волос и не только. Между полупарюрами с топазом, аквамарином, жемчугом и бирюзой я, правда, растерялась. Хотела всё и сразу, но понимала, что надо выбрать что-то одно.

– Почему сомневаешься? – заметил Мейсон мои метания.

– Думаю, что мне больше нравится. Хочу к набору платье подобрать, – серьёзно заметила я.

– Примерь всё, – велел Мейсон. – Всё равно все четыре комплекта твои.

– Все? – изумилась я, но жених ничуть не смутился:

– Все. Ты же не будешь в столице ходить в одном и том же. Тебе всё равно потребуются украшения, раз ты раньше не носила, – сообщил ехидно Мейсон, и я прикусила губу.

Кажется, об этом я врала. И уже не помнила. Ужасный промах с моей стороны!

Перед зеркалом, меняя наряды и аксессуары, я крутилась около часа. Хотя правильнее было бы сказать, перед женихом. Почему-то меня больше волновало не то, как я выгляжу, а как он на меня смотрит. Как бесстыдно заглядывает в глубокое декольте, как очерчивает глазами линию фигуры. Я держала в уме, конечно, что вряд ли дело во мне – скорее, он просто охоч до женских прелестей. Но всё равно было приятно.

Остановилась я на аквамариновом комплекте украшений и облегающем белом платье с летящими рукавами из голубого шифона. Богатая вышивка обрамляла красивую линию груди, спускалась вместе со сборкой по левой стороне, а затем уходила на подол.

За всеми этими сборами я почти позабыла, что вообще происходит и что изначально я планировала добиться от жениха расторжения помолвки. Вот только Мейсон всё помнил и ехидно уточнил:

– И почему только ты скрывала подобную красоту?