— Лена, что ты хочешь услышать? Что я потерял голову? Что у меня великая любовь и поэтому я бедный несчастный не смог удержаться? Нет. Я сделал то, что сделал. И теперь ухожу, потому что так будет лучше.

Я даже рот открываю от его наглости.

— Лучше кому? Мне? Асе? Ты трахал другую несколько месяцев, а теперь еще решил, как нам будет лучше без тебя? Петя, ты хотя бы сейчас перестань принимать решения за всех. Скажи честно: тебе так удобнее. Тебе хочется уйти. Ты выбрал другую женщину. Вот и все.

Он сжимает челюсть, но не спорит.

И это молчание я принимаю за согласие.

— Где ты с ней познакомился? — продолжаю я, потому что остановиться уже не могу. — Она знает, что ты женат? Знает, что у тебя дочь? Или ты там свободный мужчина, которому просто немного не повезло с бывшей семейной жизнью?

— Она знает про тебя и про Асю. И я не собираюсь сейчас обсуждать ее с тобой. Если хочешь злиться, злись на меня. Это я тебе изменил.

— Какая порядочность внезапно проснулась. Любовницу защищать начал.

— Я никого не защищаю.

— Тогда почему ты все еще здесь?

Последняя фраза вылетает сама. Петя на секунду замирает, потом разворачивается и выходит из кухни.

Я иду за ним.

В спальне он достает с верхней полки чемодан.

Вот тогда меня накрывает окончательно.

Чемодан.

Он действительно уходит.

Муж кладет его на кровать, открывает шкаф и снимает несколько рубашек вместе с плечиками. Я стою в дверях и слежу, как он складывает вещи, которые только что висели рядом с моими. Делает это быстро. Берет белье, джинсы, пару футболок, зарядки, документы.

— Ты уже знаешь, куда едешь, да? — спрашиваю я, проходя в спальню. — Там тебя ждут? Место в шкафу приготовили, зубную щетку купили? Просто хочу понять, насколько хорошо ты успел обустроить новую жизнь, пока я, ни о чем не подозревая, жила в старой.

Муж с силой задвигает ящик.

— Не надо сейчас делать себе еще больнее подробностями. Я понимаю, что ты хочешь меня ударить каждым вопросом, и заслужил. — на секунду он замолкает. — И да, давай Асю не будем втягивать. Я сам с ней поговорю.

— Нет, ты не «сам с ней поговоришь». Ты сначала скажешь мне, что собираешься сказать нашей дочери. Потому что если я услышу что-нибудь вроде «мама и папа решили пожить отдельно», я тебя сама с этим чемоданом с лестницы спущу. Понял?!

Он выпрямляется и наконец не выдерживает:

— А что ты хочешь, чтобы я ей сказал? Что ее отец изменил матери и поэтому сейчас уезжает? Ей тринадцать лет, Лена. Ей не нужны наши постельные подробности.

— Наши? — я подхожу ближе и даже смеюсь от этой жестокой бесцеремонности. — У нас с тобой никаких общих постельных подробностей не осталось. Есть твоя любовница и твое решение бросить семью. Вот это и можешь сказать. Только не делай меня соучастницей.

Петя опускает глаза в чемодан и некоторое время продолжает перекладывать вещи, хотя перекладывать там особо и нечего.

— Я скажу, что ухожу я. Тебя приплетать не буду.

— Ох! Какая благочестивость! — мое сердце бьется у самого горла. — Хоть на этом спасибо.

Я замечаю на кресле его серую толстовку, беру и швыряю поверх рубашек.

— И эту забери. Ты в ней постоянно ходишь. А еще зарядку от часов не забудь, она возле кровати. Не хочу, чтобы завтра ты приехал сюда за ней и делал вид, что у тебя остались дела дома.

Муж перехватывает меня за запястье, когда я тянусь к тумбочке.

— Перестань, Лена. Я сам соберу.

От его руки меня передергивает. Я вырываюсь и отступаю.

— Не трогай меня. Ты несколько месяцев приходил ко мне после другой женщины. Теперь вообще не прикасайся.

Он сразу отпускает. На лице появляется боль, но мне уже плевать. Я хочу, чтобы ему тоже было плохо. Пусть почувствует хотя бы долю того, что сейчас происходит со мной.

И именно в этот момент дверь спальни открывается.

— Мам, вы чего? Почему ругаетесь?

Ася стоит в дверях. Заспанная и растерянная, в длинной домашней футболке. Сначала она смотрит на меня, потом на отца, и только после этого ее взгляд падает на чемодан возле кровати.

— Пап, ты куда собираешься? У тебя завтра командировка? Ты же ничего не говорил.

Петя проводит ладонью по крышке чемодана, а потом подходит к дочери. Я знаю его слишком хорошо и вижу, как он собирается с силами, хотя минуту назад говорил мне, что сам все объяснит.

— Ась, послушай меня внимательно. Я сегодня уеду из дома и какое-то время буду жить отдельно. Это мое решение, мама здесь ни при чем. Но для тебя я остаюсь папой, слышишь? Я буду звонить, приезжать, мы будем видеться столько, сколько ты захочешь.

Ася хмурится. Взгляд бегает между нами, и я уже понимаю: она не поверила в это «какое-то время».

— Вы разводитесь? — спрашивает она и обхватывает себя руками. — Просто скажите мне нормально, что происходит. Вы сейчас оба ведете себя так, как будто я маленькая и ничего не пойму.

Муж бросает короткий взгляд на меня.