Мама: Схожу в магазин, куплю чего-нибудь вкусного, что любят девочки.

— Твоя мама — мировая женщина, — шепчет он, обнимая меня за талию. — Серена даже не могла попросить своего повара приготовить то, что едят дети, а твоя мама ради них специально пойдет в магазин.

Я поворачиваю голову и целую его в щеку.

— Это потому, что они того стоят.

Фейбс: Я тоже буду. Жду не дождусь встречи!

Тесс: Это значит, что собеседование прошло удачно?

Папа: Хотелось бы верить, что новости хорошие, раз она едет к нам в такую даль.

Милли: Я еду за тортом, который мне обещали.

Фейбс: Облом. Чертов Тео съел твой кусок.

Мама: Фейбл Оукс!

Фейбс: Прости, мам.

Финн утыкается носом мне в шею и сжимает объятия.

— Что там у Фейбл с Тео? Почему она его так ненавидит?

— М-м, — мычу я, откидывая голову ему на плечо. — Я разве не рассказывала тебе про то видео?

Он качает головой, не отрываясь от моей шеи.

— Ладно, расскажу тебе всю эту сагу по дороге в Ферн-Ривер.

Я убираю телефон обратно в карман и разворачиваюсь в его руках. Его темно-синие глаза изучают мое лицо, а затем на губах появляется игривая ухмылка.

— В этой поездке нам разрешат спать в одной постели?

— Я тут подумала, что было бы здорово провести ночь на смотровой площадке. Земля там жестковата, зато виды потрясающие. Я кокетливо подмигиваю.

Он вскидывает бровь, и его горящий взгляд скользит по моей шее и плечам. Отстранившись, он медленно осматривает мою фигуру.

— Да, виды и правда впечатляющие, — говорит он хриплым, теплым голосом. — Мне в них нравится абсолютно все.

Щеки начинают гореть.

— Видимо, ты очень любишь смотреть на звезды.

Он качает головой.

— К черту звезды, детка. Я вижу только тебя.

ЭпилогМилли

Одна неделя спустя

— Выглядят просто чертовски аппетитно, — провозглашает Лена, ставя корзинку с домашними круассанами в центр стола на террасе Финна. Рядом я пристраиваю поднос с эспрессо и двумя чашками молока.

Прохладный вечерний ветерок гуляет в дырочках моего вязаного свитера, а из динамика в углу доносится бодрая музыка из диснеевских мультфильмов. На небе, пока солнце скрывается за горизонтом, только-только начинают мерцать первые звезды.

— Лена. Здесь дети. Никаких плохих слов, — наставительно произносит Эмиль, бросая в ее сторону хмурый взгляд.

Пеппер крутится у моих ног, а затем устраивается на полу под столом вместе с Мусей, в которую она просто влюбилась. Девочки разрешили ей забрать эту маленькую мягкую игрушку, и теперь собака таскает ее повсюду за собой, бережно сжимая зубами, пока не найдет уютное местечко, чтобы прикорнуть в обнимку.

— Все нормально, — говорит Финн, обнимая меня за плечо, когда я сажусь рядом. — Я и сам постоянно забываю фильтровать речь.

— Да, на днях он сказал слово на букву «д», — сообщает нам Элоиза, широко раскрыв глаза. — Он ударился пальцем о стул и сказал: «Дурацкий стул».

Мы все синхронно ахаем. Ужасное слово на букву «д».

— О, это и правда очень плохое слово, — ухмыляется Майка, когда из динамика доносятся первые ноты «Kiss the Girl» из «Русалочки».

— Если помнишь, Эл, тебе его тоже не следовало повторять. — Финн бросает на нее лукавый взгляд, и она в ответ его передразнивает.

— Можно нам уже их попробовать? — нетерпеливо ноет Лена. — У меня уже слюнки текут. Если мы сейчас же не приступим, я могу случайно выругаться снова.

Эмиль передает корзинку по кругу, и каждый берет себе по штуке. Я рассматриваю золотистую слоеную выпечку со всех сторон.

— Они прекрасны, но в них вложено столько труда. Определенно, угощение для особого случая.

Финн откусывает кусочек и зажмуривается.

— Боже мой, — бормочет он с полным ртом.

За столом раздается хор восхищенных вздохов и довольное мычание.

Майка проглатывает кусок и улыбается.

— Если бы ты не получила это повышение, я бы посоветовал тебе спросить у Мэгги, не нужны ли ей сотрудники.

Финн наклоняется ко мне и шепчет слова песни прямо в ухо, а затем запечатлевает на моих губах сладкий маслянистый поцелуй. Я смеюсь, когда он утыкается мне в шею, а Элоиза, воспользовавшись тем, что мы отвлеклись, хватает второй круассан и убегает на свое место.

Когда песня затихает, во дворе начинают звучать вступление к «Let It Go». Элоиза, которая всегда первой затевает танцы, встречается со мной взглядом и понимающе улыбается. Я киваю — это единственный сигнал, который ей нужен, чтобы бросить круассан и вприпрыжку выбежать на свободное место рядом со столом. Она замирает, подбоченясь и расставив ноги, в ожидании моего выхода, чем привлекает внимание всех присутствующих. Проходя мимо, я целую Эйвери в макушку и встаю рядом с Элоизой на нашей импровизированной танцплощадке.