Мужчины за его спиной зароптали при виде одного из своих. Были возмущены и недовольны, но Афшан тянул время. Стиснутые зубы выдавали его напряжение. Найра же сильнее сжала пальцы вокруг статуэтки, пытаясь унять дрожь.

– Он на тебя напал, сареша? – деловым тоном уточнил Афшан.

– Да. Ты говорил, что вы не тронете женщин, но в ближайших комнатах три из них мертвы, потому что кто-то над ними надругался, – резко ответила Найра.

– Может, они просто решили…

– Ты же прекрасно знаешь наши традиции! Сходи в ту спальню, Афшан! – перебила она, надеясь звучать зло, но голос сорвался, становясь измученным.

Он вышел, а остальные мужчины тут же загородили дорогу, пресекая попытку бегства, хотя Найра даже не дёрнулась. Мареш вернулся быстро, а когда он вновь уверенно вошёл в помещение, то прошагал прямо к Найре, выхватил статуэтку коня и отбросил в сторону.

Его движения были порывистыми, он был раздражён, но сареша боялась шелохнуться, не представляя, как он отреагирует, если узнает, что она защищала не себя, а кого-то другого. Она сареша и нужна им живой, но сохранность остальных хетрейцев, по мнению фарсидцев, не равняли жизни их соотечественников, а изнасилование хетрейских девушек вряд ли считалось преступлением.

Афшан за руку выволок её в главный зал, где уже столпились оставшиеся женщины гарема. По испуганным лицам было ясно, что их насильно сюда согнали. Остальные фарсидцы следовали за своим марешем по пятам, готовые рубить головы, как только он отдаст приказ.

Афшан замер, пристально рассматривая всех женщин. Найра намеренно смотрела под ноги, чтобы случайно не выдать ту, которую он явно ищет.

– Вон та, та и вон та, – сухо приказал он своим подчинённым. – Выведите их вперёд.

Афшан сильнее сжал пальцы на запястье Найры, когда она подняла глаза и невольно дёрнулась, желая узнать, кого и почему он выбрал. Она старалась спрятать испуг, но взгляд бегал по девушкам. Они не плакали и уже вяло сопротивлялись. Вперёд вывели троих. На всех следы побоев. Найра нервно сглотнула, заметив среди них Зурию. Наложница успела переодеть платье, но свежий синяк на щеке и панику во взгляде замаскировать не смогла.

Парси раздражённо выпустил воздух сквозь зубы и повернулся к своим:

– Этих троих отведите к лекарю. И приберите в спальнях. У гарема выставите больше стражи, а имена прошлых охранников выясните немедленно и доложите мне. Не Сарваду, а мне лично. Ясно? – строго велел он.

Мужчины колебались, но разошлись, чтобы выполнить приказы, а Найру Афшан грубо потащил в её спальню. Не церемонясь, он втолкал сарешу в комнату и захлопнул дверь. Найра воспользовалась тем, что он выпустил её руку, и тут же отпрянула на несколько широких шагов. Но мареш бросился за ней, маска спокойствия сошла с его лица, обнажая гнев. Чувствуя опасность, сареша попыталась ударить Афшана, но тот перехватил запястье, а потом сжал и второе, лишая Найру возможности защититься.

– Ты невероятно глупа, – процедил он, наклоняясь ближе. – Думаешь, я не понял, что на тебя никто не нападал? То была не твоя спальня, и отдан отдельный приказ к тебе не прикасаться. Среди наших воинов действительно есть похотливые дикари, жестокие, жадные или просто глупые, но сумасшедших нет.

– Ты не знаешь…

– Нет, я знаю! И лучше тебя, – резко оборвал он, стоя к ней впритык, так, что она ощущала его дыхание на своих волосах, и эта опасная близость заставила всё тело напрячься от дурного предчувствия. – Если хочешь изобразить нападение, то рви юбку, – с горькой насмешкой продолжил он. – Насильнику плевать на твою грудь, ему важнее, что у тебя между ног.

Найра до боли сжала зубы. Маска, которую она носила в последние дни, вновь трескалась, несмотря на то, как старательно сареша изо дня в день склеивала её усилием воли.

– Тех девушек вылечат, а ты будешь наказана, потому что убила одного из наших воинов. И всё же это самый удачный выход для тебя. Можешь считать, что в этот раз вышла сухой из воды, – холодно добавил Афшан и оттолкнул её от себя.

Найра покачнулась, потеряв опору. Мареш не заметил, потому что уже распахнул дверь, желая поскорее уйти.

– Сарешу держать взаперти в её спальне ещё три дня. Сутки не кормить, – приказал он стражам снаружи и, не оборачиваясь, захлопнул дверь.

Найра успела ухватиться за спинку дивана и смягчить своё падение, потому что колени подогнулись и всё напряжение разом отпустило. Исчезло вместе со всеми её силами. В этот раз она действительно вышла сухой из воды, но тело колотило от пережитого ужаса, и она заплакала впервые за много дней.

Глава 14

АФШАН

Афшан с братом и основной армией вернулись в Фарсиду к началу лета. Весь поход и захват Хетры занял у них чуть больше двух месяцев – ничтожно мало по сравнению с тем, каким длительным противостоянием всё обернулось бы в случае неудачи. У Хетры крепкие наружные стены, и осада могла затянуться на месяцы или даже годы.